Отделы музея: Музей истории ННГУ | Зоологический | Этнографический | Археологический | Фондовый | Сектор истории радиофизики | Отдел виртуальных программ | Музей науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"| Информационных технологий| Музейной педагогики| Реставрационная лаборатория
Новости! | История ННГУ | Выставки | Экспозиция | Фонды | Экскурсии | Экспедиции| Деятельность | Пресса| Информация| Журнал"Нижегородский музей"| История НРЛ

 История об НРЛ

Из истории Нижегородской радиолаборатории имени В.И.Ленина : Основные даты, имена, факты

Выдающиеся сотрудники НРЛ : Персоналии оставившие свой след в деятельности НРЛ и отечественной науки

Исторический календарь : Основные даты в деятельности НРЛ

Библиотека НРЛ : Издания, использовавшиеся в работе сотрудниками НРЛ

Издания НРЛ : Издания типографии НРЛ, находящиеся в библиотеке музея науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"

Публикации о НРЛ : Книги об истории НРЛ и её сотрудниках

Документы о НРЛ : Из фондов музея науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"

ДМИТРИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ МАЛЯРОВ
1903-1942

Дмитрий Евгеньевич Маляров родился 20 июня (ст. ст.) 1903 г. в с. Лысово Седлецкой губернии в семье священника Евгения Лукича Малярова. В 1912 г. он переехал с родителями в г. Холм и там жил до эвакуации города в 1915 г., а потом у своих родственников в Москве, где и поступил в гимназию.

В 1917 г. родители Дмитрия Евгеньевича переехали в Харьковскую губернию и прошивали там до 1920 г. - до смерти отца. Все эти переезды не давали ему возможности закончить среднее образование, а вынуждали его искать заработок по месту жительства, всюду где удавалось найти работу. В январе 1921 г. он заболел тифом и, не оправившись как следует, приехал в Нижний Новгород к своей тетке Юлии Илларионовне Лебединской, супруге проф. В. К. Лебединского, ведущего сотрудника НРЛ, возглавлявшего редакцию журнала "ТиТбп".

После выздоровления Дмитрий Евгеньевич начал работать в лаборатории М. А. Бонч-Бруевича, который обратил особое внимание на одаренность юноши, на его общее развитие, и на умение выполнять сложные экспериментальные работы. С этого времени началась непрерывная, продолжавшаяся до самой смерти М. А. Бонч-Бруевича, совместная работа их над совершенствованием электронных ламп и других электронных приборов новых и оригинальных конструкций.

В 1921 г. Дмитрию Евгеньевичу удалось поступить на химический факультет Нижегородского государственного университета им. В. И. Ленина, который он, однако, не смог окончить вследствие исключительно напряженной экспериментальной работы НРЛ в эти годы.

Одно время Дмитрий Евгеньевич пытался закончить образование на электротехническом факультете, но оформить окончание защитой диплома ему так и не удалось.

В лаборатории М. А. Бонч-Бруевича он принимал самое активное участие в разработке и в организации производства сверхмощных радиоламп с анодом, охлаждаемым водою, в разработке специальных электронных ламп для УКВ, в опытах по возбуждению ультравысокочастотных колебаний с помощью мощных струй электронов, пролетающих мимо высокочастотных резонаторов, а также в возбуждении ультракоротких волн с помощью электрических искр с большой плотностью тока, в разработке фотоэлементов, вакуумных конденсаторов и пр.

Среди своих товарищей сверстников за свое выдающееся экспериментальное искусство и тонкие технологические навыки Дмитрий Евгеньевич приобрел доброжелательное шутливое прозвище "маэстро", чем он даже немного гордился.

Вообще надо отметить, что Дмитрий Евгеньевич, предъявляя к себе слишком высокие требования, обычно категорически отказывался публиковать в печати полученные им результаты, довольствуясь тем, что они получали одобрение его руководства и товарищей; они обычно даже служили основой для их собственных работ. Его почти болезненная скромность соответствовала его замкнутому характеру, хотя нелюдимым его назвать было нельзя - он всегда был одним из наиболее оживленных среди своих сверстников. О. В. Лосев, М. В. Лебединский, А. Н. Рзянкин, С. И. Моругина, П. И. Кондратьев, В. М. Петров сохраняли к нему всю его жизнь, самые теплые дружеские чувства. Он же, принимая к сердцу все их интересы, тем не менее свой личный духовный мир таил глубоко в себе, оставаясь по существу одиноким. У него не было своей семьи и близких родственников - единственная его сестра, Ирина Евгеньевна Малярова, по образованию геолог, жила в Москве со стариком дядей, который тоже был одинок в жизни.

В. К. Лебединский был, по-видимому, наиболее близким для него человеком.

Духовные интересы Дмитрия Евгеньевича выходили далеко за пределы текущих лабораторных работ. Он много читал: философские сочинения разных веков не раз останавливали на себе его внимание.

В конце 1928 г. Дмитрий Евгеньевич вместе со всем коллективом лаборатории переехал в Ленинград, где продолжал работать под руководством М. А. Бонч-Бруевича в Центральной радиолаборатории Всесоюзного слаботочного объединения электротехнических заводов (ЦРЛ ВЭСО). В вакуумно-физической лаборатории, которой руководил Б. А. Остроумов, по указаниям Дмитрия Евгеньевича и при его непосредственном участии были оборудованы откачные и высокочастотные установки для изготовления пустотных и газонаполненных электронных приборов и экспериментирования с ними. В этом ему помогали приехавшие из Нижнего Новгорода мастер стеклодув Степан Иванович Богомолов и вакуумщики Александр Васильевич Бабков и Георгий Николаевич Тархов. К этой группе примкнул и О. В. Лосев, работавший в той же лаборатории. Они образовали дружную трудовую ячейку, сохранившую добрые традиции НРЛ. Дмитрий Евгеньевич установил контакт с лабораторией завода "Светлана", где уже несколько лет работал приехавший из Нижнего Новгорода Федор Илларионович Ступак, а Владимир Константинович Ге трудился над внедрением в производство медных ламп с наружным охлаждением анодов и над улучшением их технологии. Первыми работами Дмитрия Евгеньевича в Ленинграде были эксперименты по заданию М. А. Бонч-Бруевича с двухсеточными лампами для выяснения их особенностей. Подобные лампы (тетроды) уже начали получать признание среди русских и зарубежных радиоспециалистов. Потом Дмитрий Евгеньевич занялся изучением газоразрядных приборов и высокочастотной модуляцией света для решения очередных задач зарождавшегося уже телевидения. Он разработал несколько интенсивных газоразрядных ламп, наполненных благородными газами и парами легких металлов. Точечные модулируемые гелиевые газоразрядные лампы типа Пирани для связи на инфракрасных лучах были им воспроизведены в разных вариантах впервые в Советском Союзе. Также впервые Дмитрий Евгеньевич изготовил для тех же целей и точечные лампы, наполненные парами цезия - задача, представлявшая исключительные технологические трудности, потому что пары цезия склонны интенсивно реагировать со стеклом баллона.

Важное и интересное исследование выполнил Дмитрий Евгеньевич по изучению свойств и технологии быстродействующего вакуумного контакта. Последние две группы работ были описаны в статье Б. Остроумова.

В 1935 г. после того как М. А. Бонч-Бруевич, покинув ЦРЛ в 1931 г., возглавил научно-исследовательскую работу во вновь организованном институте Наркомата тяжелой промышленности, он немедленно привлек к ней и Дмитрия Евгеньевича.

В этом институте Дмитрий Евгеньевич выполнил ряд важных исследований, посвященных генерированию сверхмощных ультракоротких радиоволн. В процессе этих исследований им, совместно с Николаем Федоровичем Алексеевым, был разработан получивший мировую известность разрезной магнетрон, а также выполнен целый ряд других работ.

После смерти М. А. Бонч-Бруевича Дмитрий Евгеньевич продолжал работать в том же институте даже во время блокады. 16 февраля 1942 г. он умер в Ленинграде от истощения, совершенно одиноким.

[ Нижегородские пионеры советской радиотехники. Составитель Б. А. Остроумов. Л. 1966]
[Публикации о НРЛ ]

В начало | Поиск| Карта сайта | E-mail| Социальная сеть BK
Copyright © 2000-2016 Музей ННГУ, ННГУ
[Для зарегистрированных пользователей]
8