Отделы музея: Музей истории ННГУ | Зоологический | Этнографический | Археологический | Фондовый | Сектор истории радиофизики | Отдел виртуальных программ | Музей науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"| Информационных технологий| Музейной педагогики| Реставрационная лаборатория
Новости! | История ННГУ | Выставки | Экспозиция | Фонды | Экскурсии | Экспедиции| Деятельность | Пресса| Информация| Журнал"Нижегородский музей"| История НРЛ

 История об НРЛ

Из истории Нижегородской радиолаборатории имени В.И.Ленина : Основные даты, имена, факты

Выдающиеся сотрудники НРЛ : Персоналии оставившие свой след в деятельности НРЛ и отечественной науки

Исторический календарь : Основные даты в деятельности НРЛ

Библиотека НРЛ : Издания, использовавшиеся в работе сотрудниками НРЛ

Издания НРЛ : Издания типографии НРЛ, находящиеся в библиотеке музея науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"

Публикации о НРЛ : Книги об истории НРЛ и её сотрудниках

Документы о НРЛ : Из фондов музея науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"

Седов А. А.
В мастерских Нижегородской радиолаборатории

Седов Александр Александрович, родился в 1897 г., окончил Нижегородское Кулибинское ремесленное училище, служил надсмотрщиком телеграфа. В 1925 г. поступил в мастерские НРЛ в качестве слесаря-механика, в 1929 г. назначен старшим мастером механического цеха. После перевода руководства НРЛ в Ленинград работал в лаборатории, открытой в ее здании. В настоящее время - пенсионер.

В мастерских Нижегородской радиолаборатории им. Ленина я начал работать с марта 1925 г. Поступить на работу в качестве квалифицированного механика в те годы было не так-то просто.

Приехав в Нижний Новгород в начале марта, недели две я ходил по всем заводам, знакомства не имел, так как 10 лет в Нижнем не жил, и никак не находил работы по душе. Зарегистрировался на бирже труда, заходил в Управление округа связи. Наконец мне удалось поступить в мастерские Нижегородского округа связи, объединенные с мастерскими радиолабораторий и называвшиеся сокращенно "Ратемас". Мастерские размещались в зданий бывшего епархиального свечного завода по теперешней ул. Минина, это здание впоследствии было сломано на его месте построен большой дом (угол улиц Пискунова и Минина). Заведующим мастерскими был инженер В. А. Салтыков, мастерами: в механическом цехе В. С. Кашин, в аппаратном И. П. Швалев и в столярном Н. Я. Марков.

Работал я в аппаратном цехе по ремонту телеграфных аппаратов типов Морзе и Юза. Мастер цеха И. П. Швалев, проработавший 25 лет в Риге у фирмы "Сименс и Гальске", был человек очень солидный, строгий, требовательный, аккуратный и, надо признать это, справедливый. Работа было очень точная, каждый винтик он требовал делать по всем правилам фирмы "Сименса". Ничего не ускользало от опытного глаза мастера: ни один неправильно сделанный штрих на деталях аппарата. Мастер просмотрит у каждого рабочего всю работу, проверит каждую мелочь, что сделано неправильно, сейчас же отдаст на переделку. Не допускалось никакой торопливости, небрежности, халатности, у этого мастера не применялось правило: "сойдет", работать нужно было только очень хорошо.

На капитальном ремонте телеграфных аппаратов в цехе было рабочих 12-15; из них могу назвать по памяти следующих товарищей: К.С. Молодцов, А. Д. Селивановский, В. Лапшин, П. П. Калашников, В. Я. Зейбель, В. В. Дмитриев, М. Г. Волков, И. А. Рожнов, В. В. Середин, гравер К. Г. Андриянов, С. Н. Мухин, лакировщица аппаратов М. К. Лобкова и др. Все работы выдавал и принимал один мастер. Однажды рабочий-механик Калашников сдавал свою работу - телеграфный аппарат Юза. Иван Петрович, принимая работу, обнаружил, что один винтик ввернут с ниточкой (был слаб), так потом довольно долго этим винтиком Иван Петрович [1] "ласкал" Павла Павловича Калашникова; нет-нет, да при случае и напомнит ему о его недобросовестной работе.

В аппаратном цехе, кроме ремонта аппаратов, производились и другие работы. Как в большом механическом цехе, делали все сами, включительно до инструментов, так как купить их было в те годы негде, а без них работать нельзя. Делали "солонки" -детекторные радиоприемники в точеных деревянных "семеновских" коробках и детали к ним. Выпустили полторы тысячи штук, и я собрал такой приемник и с ним принимал на "кровать", а потом на "крышу" (антенны еще не было) местную радиостанцию им. Лещинского, причем приглашал соседей по квартире слушать радио на наушники. Помню, как собиралось по 5-6 человек, насколько хватало телефонных трубок, и слушали передачи. В мастерских радиолаборатории делали разные радиолампы, начиная от "малюток" для экономных радиоприемников и кончай 100-киловаттной лампой для радиопередатчиков, изготовляли радиопередающие станции, всевозможные трансформаторы, сами делали конденсаторы бумажные и слюдяные, переменные и постоянные, на разные напряжения и всевозможной емкости. Мне приходилось изготовлять детали к приборам и собирать потом из этих деталей сами приборы для радио и электроизмерений, радиоприемники, радиопередатчики, громкоговорители и даже телевизионную установку-делал диск Нипкова. Среди рабочих в мастерских были также радиолюбители, которые делали себе радиоприемники, выпрашивая схемки у специалистов. Бывало, достанешь новую схемку, собираешь по ней радиоприемник у себя дома: так и прошел все радиолюбительские ступеньки, начиная с детекторного приемника ("солонки"), потом приемник по схеме Шапошникова, далее одноламповый регенератор, затем двухламповый с усилителем низкой частоты на громкоговоритель. Когда в лаборатории появился приемник коротковолновый с диапазоном 10-160 метров по схеме "Пух", я собрал такой же у себя дома и принимал на него иностранные радиостанции чисто, без малейшего треска, что было большой новостью в 1926 году. Потом мною был сделан приемник "БЧ" - четырехламповый и впоследствии, в 1930 году,-супергетеродин-7-ламповый с приемом на рамочную антенну.

Так некоторые рабочие занимали свой досуг радиолюбительством, это было увлекательным занятием. Процветали еще у некоторых и другие занятия... После получки, выйдя с завода, как мы называли мастерские РЛ, некоторые товарищи постарше приглашали нас зайти в пивную и обмыть получку компанией. Заходили, сидели, выпивали под музыку, иногда с трудом добирались до дому или доставлялись товарищами до квартиры.

Жаль мне до сих пор Кошелева-медника; замечательный специалист, большой умелец своего дела, он делал аноды для ламп от 10 до 100 квт. Никто, кроме Кошелева, не мог сделать прочного, пропаянного серебром шва на трубе красной меди длиной до 1 метра (аноды ламп делали из листовой меди от 1 до 2,5 мм толщиной, шов сделан в "лапу" и пропаян серебряным припоем; к аноду же затем припаивается платиновый манжет, а к нему стеклянный баллон самой лампы). Так вот этот Кошелев запьет, бывало, и на работу не выходит несколько дней. Как особо нужного человека для производства, устраивали его в лечебницу, увольняли несколько раз- ничего не помогало.

Другой специалист, механик И. А. Рожнов, интересен был тем, что в день получки на работу приходил с корзинкой. У него было доброе намерение: с деньгами зайти на Мытный рынок и купить продуктов, так как жил он один. Но нередко, не доходя до Мытного, Рожнов заходил с товарищами в пивную, пропивал все деньги, приготовленные на продукты, и с пустой корзинкой возвращался навеселе домой. Жить приходилось в долг, занимая у товарищей до получки.

В большом механическом цехе в 1926 г. делали радиостанцию "Новый Коминтерн". Мастером был В. С. Кашин, человек с большим практическим опытом, очень энергичный и знающий как дело, так и людей, за что рабочие очень любили своего мастера. Работы там были крупные по сравнению с нашим аппаратным цехом, цех был очень шумный. Станков было много, и вращались они по старинке от трансмиссии, всюду от потолка спускались к станкам приводные ремни, и все это вращалось, грохотало и шумело[1]. Станки, всё оборудование мастерских было очень пестрым и в значительной части устаревшим; собиралось с 1918 г. в самых случайных местах, отечественного станкостроения еще не было. От токаря, фрезеровщика требовалось особое искусство - работать точно на изношенном станке. Когда было нужно, мастерская оборудовалась своими средствами; так были построены печь для цветного литья, вакуум - пропиточные аппараты для конденсаторов и др. Рабочих было около 90 человек разнообразных специальностей, вплоть до шорника.

В конторке цеха мастер В. С. Кашин, конструктор Г. И. Вельский, табельщик А. А. Михайлов, калькулятор А. И. Копылов, конторщик И. И. Сидоров и зав. мастерской инженер В. А. Салтыков сидели вплотную один к другому. В цехе изготовлялись трансформаторы, начиная от миниатюрных для радиоприемников и кончая силовыми огромными трансформаторами для питания 100-кило-ваттных передатчиков, каркасы из углового железа с металлической сеткой для радиостанций. Делались всевозможные катушки-вариометры больших размеров, конденсаторы, начиная от малюсеньких слюдяных до громадных из листов латуни толщиной 10 мм, размером 600 X 600 мм. Собирали вещательные радиостанции для Советского Союза, заготовляли цоколи для разнообразных радиоламп, штепсели, клеммы, массу разных деталей для лабораторий-всего не перечесть.

Много времени занимало обслуживание исследовательских, опытных установок. Каждый ученый, лаборант для своей установки рисовал общий эскиз и эскиз деталей, но каждый по-своему.

Только в 1925 г. в лаборатории была введена типизация ходовых деталей и узлов, и они стали заготовляться впрок, что ускорило дело и удешевило производство. Сказывалось, конечно, что мало кто из сотрудников лаборатории знал близко условия производства.

Многие работы цехов аппаратного и механического были связаны со столярным цехом. Здесь мастером был Н. Я. Марков, очень живой и энергичный человек, большой знаток своего дела. Цех был оснащен всевозможными станками по деревообработке: токарные, фуговочные, пропускной, фрезерный, ленточная и циркульная пилы и проч. Здесь работали первоклассные столяры-краснодеревцы: Анненков, Коликов, Мошков, Каляганов, Рогунов, Тютин, Андреев. То, что изготовлялось в столярной, трудно перечислить.

Из дуба, ореха, бакаута, пальмы, ясеня и других пород дерева делались панели и ящики для радиоприемников, передатчиков, для всевозможных приборов и разного оборудования для всех лабораторий и мастерских. Современного богатства изолирующих материалов тогда еще не знали, а применять сталь для приборов избегали.

Широкую известность заслужили в свое время (1925-27 гг.) 250 штук сверхэкономичных радиоприемников с лампой "малютка", которые назывались "микродин". Их панели, футляры для катушек, общие футляры были сделаны из целого ореха с изумительной полировкой. Это была работа столяров радиолаборатории.

Соревнования в те годы не было. Однако люди работали с огоньком, трудились прилежно-понимали, что для себя все делают. Приходили до звонка, прихватывали иногда обеденный перерыв, многие задерживались по окончании рабочего дня. Работы у всех почти были сдельные и особых ограничений в сдельщине не было. В работе встречались затруднения разного рода: то размер не выходит, то материал не подходит. Встречались ошибки и в чертежах конструкторского бюро. Вызывали в цех того или иного конструктора и совместно разрешали вопросы, сомнения и ошибки, заменяли материал, изменяли конструкцию, размеры.

Ученые и молодые лаборанты не чуждались советов рабочих-производственников; нередко сами приходили узнать их мнение еще до начала работы над чертежом. Заслуженные ученые-Бонч-Бруевич, братья Остроумовы и другие нередко посещали мастерские в связи с изготовлением того или иного прибора, приемника, передатчика. В свою очередь и нам, мастерам, приходилось бывать в лабораториях. Ко мне, например, заходили: профессор Б. А. Остроумов, когда я делал быстропишущий прибор-ондулятор, специалист Л. Н. Салтыков, когда я собирал небольшой передатчик, и другие ученые. Иногда рабочие мастерских, работавшие над своим развитием, уходили на лабораторную работу. Хорошо помню А. А. Вендрих - обмотчика, который участвовал с 1927 г. в постройке Нижегородского радиоузла губисполкома; туда же перешел монтер Д. В. Мотрони, Н. Я. Логинов. Но хорошо организованного, как теперь, заочного и вечернего образования для рабочих тогда еще не было.

В 1928 г. зашел в наши мастерские Максим Горький, который знакомился с радиолабораторией.

В этом коротеньком рассказе мне хотелось познакомить нынешних специалистов с той производственной обстановкой, в которой осуществлялись замыслы нижегородских радиоизобретателей. Им приходилось не только изобретать, конструировать, но еще и бороться с недостатками в материалах, оборудовании, деталях. Это вдвойне увеличивает их заслугу перед Родиной в создании советского радиовещания.

[ У истоков советской радиотехники. Составитель Ф. А. Лбов.Горьковское книжное издательство, 1959 ]
[Публикации о НРЛ ]

В начало | Поиск| Карта сайта | E-mail| Социальная сеть BK
Copyright © 2000-2016 Музей ННГУ, ННГУ
[Для зарегистрированных пользователей]
8