Отделы музея: Музей истории ННГУ | Зоологический | Этнографический | Археологический | Фондовый | Сектор истории радиофизики | Отдел виртуальных программ | Музей науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"| Информационных технологий| Музейной педагогики| Реставрационная лаборатория
Новости! | История ННГУ | Выставки | Экспозиция | Фонды | Экскурсии | Экспедиции| Деятельность | Пресса| Информация| Журнал"Нижегородский музей"| История НРЛ

 История об НРЛ

Из истории Нижегородской радиолаборатории имени В.И.Ленина : Основные даты, имена, факты

Выдающиеся сотрудники НРЛ : Персоналии оставившие свой след в деятельности НРЛ и отечественной науки

Исторический календарь : Основные даты в деятельности НРЛ

Библиотека НРЛ : Издания, использовавшиеся в работе сотрудниками НРЛ

Издания НРЛ : Издания типографии НРЛ, находящиеся в библиотеке музея науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"

Публикации о НРЛ : Книги об истории НРЛ и её сотрудниках

Документы о НРЛ : Из фондов музея науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"

Что такое сантиметр?

Курс физики читал Владимир Константинович Лебединский. В училище он был одним из немногих гражданских профессоров. Все остальные преподаватели были военными инженерами. Сближение М. А. Бонч-Бруевича с В. К. Лебединским, оказавшим решающее влияние на всю дальнейшую жизнь и деятельность Михаила Александровича, началось ещё на втором курсе училища.

Отношение юнкеров к профессору Лебединскому поначалу было настороженным. Им всем казалось, что лектор издевается над слушателями. Только к концу курса они сумели распознать сложную и тонкую натуру профессора. Так же случилось и с Бонч-Бруевичем.

Рассказывая на вступительной лекции по физике об абсолютной системе единиц, В. К. Лебединский, оглядывая аудиторию и по обыкновению слегка заикаясь, говорит:
- Знаете ли Вы, что такое сантиметр?
Не ожидая ответа от слушателей, часть которых смутилась, а часть возмутилась, он продолжает:
- Сантиметр - это незначительная величина, вот, примерно, такая... Подперев двумя пальцами левую щеку, профессор, как бы нехотя, проводит мелом на доске маленькую чёрточку.
- Ну, конечно, издевается! решает аудитория. - Конечно, он, штатский, считает нас, военных, безнадёжными тупицами.
На одной из своих последующих лекций Владимир Константинович оседлал своего любимого конька: стал рассказывать о физическом толковании явлений, происходящих при проскакивании электрической искры.

Теория электрической искры значительно сложнее, чем теория электрической дуги или чисто электронного процесса. Последние два явления по существу можно считать частными случаями явлений, происходящих между электродами искрового промежутка. Профессор сопровождает свою лекцию демонстрациями. Он говорит о роли фотоэффекта. Он освещает электроды промежутка ультрафиолетовыми лучами и демонстрирует слушателям проcкакиваиие искры. Он усиливает освещённость промежутка-искра возникает легче, Он уменьшает эту освещённость и искра зажигается лишь при увеличенном напряжении между электродами промежутка. О многом другом рассказывает Владимир Константинович и многое показывает своим слушателям и, наконец, заканчивая лекцию, сообщает им, что он сам при своих опытах наблюдал необъяснимое явление, не согласуемое с фотоэффектом. Проделав какие-то манипуляции с искровым промежутком, он показывает слушателям обратную картину: слабый свет облегчает возникновение искры, сильный - затрудняет её, "тушит".
- Это явление, - заключает профессор - трудно понимаемо.
Сидевший за столом юнкер Бонч-Бруевич поднимается с места и с нескрываемым сарказмом спрашивает:- Для кого, господин профессор, для нас непонимаемо, или вообще?
Зазвучавшая в этот момент в коридоре труба горниста возвестила об окончании лекции. Вопрос повис в воздухе.
- Конечно, - сказал он, обращаясь к соседям, - где уже нам понять, если мы не можем даже знать, что такое сантиметр!

Между тем весь этот инцидент был не более как недоразумением. Владимир Константинович без всякой задней мысли показывал слушателям установленное им самим явление, для которого тогда еще не было найдено объяснения, почему оно и получило название "эффект Лебединского" [примечание 1]. Но Бонч-Бруевич, как и многие другие юнкеры, поняли заключительную фразу профессора как ироническую и неприязненное отношение к нему вспыхнуло снова. Случилось так, что это впечатление оказалось решающим для дальнейшей судьбы Бонч-Бруевича, и декабрь 1907 г. нужно считать началом его научной деятельности.

[ далее...]

[ П. А. Остряков. Михаил Александрович Бонч-Бруевич. М., 1953. ]
[Публикации о НРЛ ]

В начало | Поиск| Карта сайта | E-mail| Социальная сеть BK
Copyright © 2000-2016 Музей ННГУ, ННГУ
[Для зарегистрированных пользователей]
8