Отделы музея: Музей истории ННГУ | Зоологический | Этнографический | Археологический | Фондовый | Сектор истории радиофизики | Отдел виртуальных программ | Музей науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"| Информационных технологий| Музейной педагогики| Реставрационная лаборатория
Новости! | История ННГУ | Выставки | Экспозиция | Фонды | Экскурсии | Экспедиции| Деятельность | Пресса| Информация| Журнал"Нижегородский музей"| История НРЛ

 История об НРЛ

Из истории Нижегородской радиолаборатории имени В.И.Ленина : Основные даты, имена, факты

Выдающиеся сотрудники НРЛ : Персоналии оставившие свой след в деятельности НРЛ и отечественной науки

Исторический календарь : Основные даты в деятельности НРЛ

Библиотека НРЛ : Издания, использовавшиеся в работе сотрудниками НРЛ

Издания НРЛ : Издания типографии НРЛ, находящиеся в библиотеке музея науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"

Публикации о НРЛ : Книги об истории НРЛ и её сотрудниках

Документы о НРЛ : Из фондов музея науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"

В Офицерской электротехнической школе

Инженерное училище М.А. Бонч-Бруевич оканчивает 6 августа 1909 г. и в звании подпоручика выходит в дислоцированный в Иркутске 5-й Сибирский сапёрный батальон. Там же была расквартирована 1-я Сибирская рота искрового телеграфа и Бонч-Бруевич добивается своего прикомандирования к ней. По положению об искровых ротах в них могли служить только офицеры, имеющие диплом инженера. Остальные могли быть только временно прикомандированными.

Бонч-Бруевич попал в искровую роту в тот период, когда происходило переоснащение армейских искровых рот более совершенной техникой: полевыми радиостанциями, передатчики которых работали по так называемой схеме ударного возбуждения. Из шести европейских и двух сибирских рот искрового телеграфа половина получила станции фирмы Телефункен, а другая половина - фирмы Mapкони. Телефункеновские станции собирались на заводе Сименс и Гальске (ныне завод Министерства электростанций и электропромышленности СССР), а станции фирмы Маркони-на заводе С. М. Айзевштейна, предприимчивого киевлянина, действовавшего под вывеской "Русское общество беспроволочных телеграфов и телефонов" (сокращённо РОБТиТ). Хотя общество и называлось "русским", на самом деле это было лишь маскировкой: подлинные хозяева общества находились в Лондоне. Общество по сути дела принадлежало фирме Маркони, которая уже давно протягивала свои жадные щупальца к России, но только в 1908 г. при организации этого "Русского общества беспроволочных телеграфов и телефонов" смогла закрепиться в Петербурге.

Какие коммерческие комбинации (и какие взятки в правящих кругах) были причиной такого разнобоя в техническом оборудовании армейской радиосвязи, - осталось неизвестным.

Обстановка и условия службы в искровой роте позволили Бонч-Бруевичу продолжить научную работу по изучению электрической искры, начатую в училище.

Окончившие три курса инженерного училища, как правило, получали следующее звание через два года службы и в 1911 г. Бонч-Бруевичу было присвоено звание поручика. Этого звания было достаточно, чтобы поступить в Инженерную академию или в Офицерскую электротехническую школу, но офицеры, вышедшие в сибирские части, должны были прослужить в них не менее трёх лет. По этим причинам Михаил Александрович лишь в 1912 г. поступает в Офицерскую электротехническую школу (при советской власти развёрнутую в Военную электротехническую академию, впоследствии Военную Краснознамённую академию связи им. Будённого).

В Офицерской школе Бонч-Бруевич снова начинает работать в лаборатории Инженерной академии и училища и восстанавливает прерванные временно связи с В. К. Лебединским и В. Ф. Миткевичем. Они рекомендуют его в члены Русского физико-химического общества. В протоколе 309-го заседания отделения физики РФХО от 12 февраля 1913 г. можно прочесть: "Предлагается в число членов отделения физики Михаил Александрович Бонч-Бруевич. Рекомендуют В. К. Лебединский, В. Ф. Миткевич, М. М. Глаголев". А в протоколе 311-го заседания 9 апреля 1913 г. значится: "Единогласно утверждается в числе членов Михаил Александрович Бонч-Бруевич".

В начале мая 1913 г., по окончании теоретических занятий, слушатели Офицерской школы переехали в Кронштадт, чтобы в районе Толбухина маяка проходить практику постановки минных заграждений; поэтому первый доклад в Русском физико-химическом обществе вместо Бонч-Бруевича делает В. К. Лебединский. В протоколе 312-го заседания общества 7 мая 1913 г. записано "В. К. Лебединский от имени М. А. Бонч-Бруевича делает сообщение о влиянии ультрафиолетового света на искру". Вскоре после этого в журнале РФХО публикуется уже упоминавшаяся нами статья Михаила Александровича "Об условиях различного действия света на искру и о способе регулирования искры".

Заведующим учебной частью Офицерской электротехнической школы и профессором по радиотехнике был военный инженер, полковник Илья Эммануилович Муромцев. Хорошо эрудированный инженер, он окончил, кроме нашей Инженерной академии, ещё и немецкую электротехническую школу в Дармштадте. По существу это был офицер, носивший русские погоны, но державшийся нескрываемо немецкой ориентации. Даже женат он был на немке, плохо говорившей по-русски. Склонность ко всему немецкому порождала в Муромцеве пренебрежительное отношение ко всему русскому, к слушателям русской Офицерской школы. Эти слушатели, поэтому часто обсуждали вопрос об истинной национальности полковника- Высокомерие Муромцева приводило к скрытому антагонизму между ним и слушателями. Как показало недалёкое будущее, интуиция не обманула слушателей: ещё летом 1917 г. Муромцев эмигрировал из России.

Естественно, что между Муромцевым и Бонч-Бруевичем, никогда не проявлявшим благосклонности к иноземцам, неизбежно возник антагонизм и установились очень натянутые отношения. Муромцев не мог примириться с тем, что среди его слушателей нашёлся офицер, неплохо разбирающийся в той дисциплине, в которой только самого себя Муромцев считал непререкаемым авторитетом. Полковник монопольно ведал всей русской военной радиотехникой и опасался в Бонч-Бруевиче возможного будущего конкурента.

Годы, предшествовавшие первой мировой войне, в радиотехнике были годами появления начальных сведений об электронной лампе. На своих лекциях Муромцев сухо говорил о вентиле Флеминга, пространно распространялся о неуклюжей газовой ламп Либена-Рейса и доверительно сообщал, что берлинская фирм Телефункен разработала особый тип усилителя, основанный н. изменении проводимости ионизированной среды.

На лекциях Муромцева нередко вспыхивали споры между ним и Бонч-Бруевичем. В сущности дискуссий, касавшихся вопросов электронной теории, аудитория плохо разбиралась. Ей было лишь видно, что профессору порою трудно тягаться с учеником. Тем временем этот молодой офицер делает свой второй доклад на заседании Русского физико-химического общества Оно проходило под председательством известного учёного Алексея Николаевича Крылова. В протоколе заседания занесено: "Сообщение делает М. А. Бонч-Бруевич на тему "О влиянии ультрафиолетового света и формы электродов на пробиваемость искрового промежутка в газах". Доклад сопровождается демонстрированием явления тушения и зажигания электрической искры ультрафиолетовым светом электрической дуги.

По поводу доклада делают замечания и просят разъяснений О. Д. Хвольсон, Б. И. Зубарев, Ф. Я. Капустин, Л. В. Мысовский. Председатель благодарит докладчика". Так говорится в протоколе 327-го заседания РФХО от 9 декабря 1914 г- Связь Бонча с этим русским обществом, в котором Муромцев не состоял, портила последнему настроение.

[ далее...]

[ П. А. Остряков. Михаил Александрович Бонч-Бруевич. М., 1953. ]
[Публикации о НРЛ ]

В начало | Поиск| Карта сайта | E-mail| Социальная сеть BK
Copyright © 2000-2016 Музей ННГУ, ННГУ
[Для зарегистрированных пользователей]
8