Отделы музея: Музей истории ННГУ | Зоологический | Этнографический | Археологический | Фондовый | Сектор истории радиофизики | Отдел виртуальных программ | Музей науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"| Информационных технологий| Музейной педагогики| Реставрационная лаборатория
Новости! | История ННГУ | Выставки | Экспозиция | Фонды | Экскурсии | Экспедиции| Деятельность | Пресса| Информация| Журнал"Нижегородский музей"| История НРЛ

Журнал Нижегородский музей

Журнал 9-10 Журнал N13":
Главной темой нашего журнала стала тема русской усадьбы, ее хозяйственная и культурная жизнь, судьбы ее владельцев, которые создавали этот особый феномен русской культуры.

К сведению!
Представленные в очередном номере журнала материалы позволят читателю получить некоторое представление о нижегородских усадьбах, как сельских, так и городских. В начале XX столетия в нашем крае только помещичьих усадеб было более 400, из них 142 представляли, по мнению местных властей, "интерес в художественном и историческом отношении". В настоящее время создан Реестр нижегородских усадеб, которым присвоен статус памятника. Каково их прошлое? Как сегодня живут эти усадьбы? Кто ими владеет? Как используется их историко-культурный потенциал? Об этом можно прочитать в материалах исследований, проектов и программ, публикуемых в этом номере журнала.

Редакция посчитала необходимым познакомить читателей с некоторыми материалами сборника статей "Русская усадьба", который издается с 1994 года членами восстановленного Общества изучения русской усадьбы (ОИРУ). Мы надеемся, что начавшееся сотрудничество с этой авторитетной общественной организацией даст новый импульс в развитии процессов изучения и использования того культурного наследия, которое создавалось в сотнях нижегородских городских и сельских усадеб.

Нам бы хотелось, чтобы проблемы вырождения нижегородских усадеб больше привлекали внимание широкой культурной общественности, чем до нынешнего дня. Процесс должен быть ускорен хотя бы потому, что усадебные сооружения катастрофически быстро разрушаются, особенно те из них, которые совсем недавно были освобождены от арендаторов.

П.В. Шавенков
Атрибуция портрета

В Нижегородском государственном художественном музее (НГХМ) и Нижегородском государственном историко-архитектурном музее-заповеднике (НГИАМЗ) заметную часть собраний составляют предметы, поступившие в послереволюционный период из имений дворян Шереметевых. Представители этого старинного рода сыграли важную роль в истории как Российского государства в целом, так и Нижегородского края в частности. По официальной родословной, Шереметевы имели общего родоначальника с родом Романовых - боярина Андрея Кобылу [1] . В XVI-XVII веках члены рода занимали высокие посты как в Боярской думе, так и в войсках Российского государства. В 1706 году сподвижник Петра I генерал-фельдмаршал Б.П. Шереметев (с его потомками) был удостоен графского титула; остальные ветви рода этого титула не получили.

В XIX - начале ХХ века в Нижегородской губернии крупными поместьями владели как графы Шереметевы, так и дворяне - потомки младшего брата петровского фельдмаршала. Именно из имения последних - Юрино (ныне в составе Республики Марий Эл) - и поступило в нижегородские музеи большинство "шереметевских" вещей.

В коллекции НГХМ хранится портрет, выполненный маслом на медной пластине, числящийся пока изображением неизвестного[2]. На нем мы видим молодого человека в темно-зеленом, с красными выпушками и серебряными эполетами и пуговицами, однобортном мундире. Расцветка и покрой мундира позволяют определить, что перед нами офицер Кавалергардского полка времен царствования Александра I в повседневном вицмундире (парадный мундир полка был белым, а офицерам полагался еще праздничный красный вицмундир). На груди офицера видны награды: серебряный крест на черно-оранжевой ленте - знак отличия Военного ордена (солдатский Георгиевский крест) и серебряная, на голубой ленте, медаль в память Отечественной войны 1812 года. Значит, молодой офицер участвовал в войне 1812 года и, будучи еще юнкером (нижним чином из дворян), заслужил боевое отличие.

По книге поступлений Нижегородского городского художественного и исторического музея, хранящейся в фондах

НГИАМЗ, автору статьи удалось установить, что портрет поступил в музей в 1919 году из бывшего имения Шереметевых[3]. Просмотр 3-го тома "Сборника биографий кавалергардов", где собраны биографии офицеров Кавалергардского полка за 1801-1826 годы, позволил установить, что из членов рода Шереметевых в полку служили и участвовали в Отечественной войне только братья Сергей и Василий Шереметевы. Они являлись сыновьями крупного нижегородского помещика генерал-майора в отставке Василия Сергеевича Шереметева. Старший брат, Сергей, участвовал в войне уже будучи офицером, поэтому знак отличия Военного ордена получить не мог, но он был награжден орденами Св. Анны 2-й ст. и Св. Владимира 4-й ст., которых на рассматриваемом нами портрете нет[4]. Младший брат, Василий, участвовал в Бородинском сражении в чине юнкера и был награжден знаком отличия Военного ордена. Эти факты заставили предположить, что на портрете изображен младший из двух братьев. Явное сходство лица изображенного офицера с портретом Василия Шереметева в "Сборнике биографий кавалергардов" подтвердило предположение, что на изучаемом портрете изображен именно он.

Биография В.В. Шереметева была помещена в "Сборнике биографий кавалергардов"[5] и может быть дополнена некоторыми сведениями из полковой истории и из документов семейного фонда Шереметевых, хранящегося в Центральном архиве Нижегородской области (ЦАНО)6. Василий родился 1 марта 1794 года, получил домашнее образование. Его отец, участник штурма Очакова в 1788 году, считал достойной для своих сыновей только военную карьеру (все его 4 сына в разное время находились на военной службе). Поэтому в 1811 году Василий Шереметев поступил юнкером в Кавалергардский полк. Принятие его в этот привилегированный полк, созданный Павлом I как личная гвардия монарха, облегчалось, по-видимому, тем, что кавалергардом уже был его старший брат Сергей. В рядах полка Василий весной 1812 года выступил в поход к западной границе Российской империи, а затем совершил отступление от Литвы до Бородина. Как и большинство гвардейских частей, Кавалергардский полк в этот период войны непосредственно не участвовал в боях с неприятелем.

Бородинское сражение стало для эстандарт-юнкера Шереметева боевым крещением. Кавалергардский и лейб-гвардии Конный полки вступили в бой в конце битвы, после захвата противником батареи Раевского[7]. Русская кавалерия помешала войскам Наполеона прорвать центр расположения наших войск и расчленить их. Полуторачасовое участие кавалергардов в сражении привело к потере убитыми, ранеными и пропавшими без вести почти 1/5 личного состава полка[8] За отличие в бою 63 кавалергарда (нижних чина) были награждены знаком отличия Военного ордена, в их числе был и Василий Шереметев. Еще одной его наградой за Бородино стало производство 21 октября 1812 года в корнеты - первый офицерский чин.

В составе Кавалергардского полка, Шереметев 2-й, как он именовался в полковых документах для отличия от старшего брата, участвовал в заграничных походах 1813-1814 годов, получил чин поручика (23 сентября 1813 года). Походная жизнь давалась молодому аристократу, привыкшему ни в чем себе не отказывать, нелегко. Так, в письме от 30 июля 1813 года его старшему брату мать Шереметевых, Татьяна Ивановна, сообщает (орфография подлинника сохранена): "Васинька был болен горячкою два раза и притом без денег: Что без денег, ето мы невиноваты, он сорит так тысячами как полушками но что делать. Слава богу он теперь здоров и мы от него получили письмо. Дай бог ему скорее соединитца с тобою - ты можешь ево доброй манерою обратить быть осторожным"[9]. Кстати, характер нашего героя, видимо, оставлял желать лучшего: в своих письмах Сергею Шереметеву родители неоднократно жалуются, что "Васинька" редко пишет им, и просят напоминать об этом младшему брату (к сожалению, переписка В.В. Шереметева с родителями среди документов их архивного фонда отсутствует). Из истории полка известно, что в сентябре 1813 года Шереметев 2-й имел какое-то столкновение со своим эскадронным командиром, перед всеми офицерами полка "сознался в проступке" и был переведен в другой эскадрон[10].

Завершение Наполеоновских войн возвратило кавалергардов в Петербург, где Василий стал вести обычный для гвардейского офицера образ жизни. Служба его текла своим чередом, в октябре 1817 года он был произведен в гвардии штабс-ротмистры. Однако вскоре жизнь Василия Шереметева оборвалась в результате дуэли с камер-юнкером графом А.П. Завадовским. К поединку привела ссора из-за известной балерины А.И. Истоминой, бывшей пассии Шереметева, порвавшей с ним, поскольку "обмелел его карман". Большую роль в возникновении дуэли и ее трагическом исходе сыграли знакомые дуэлянтов, которых в данной ситуации можно назвать "ложными друзьями" - писатель А.С. Грибоедов и будущий декабрист А.И. Якубович. Сказался и вспыльчивый характер Василия. Соперники стрелялись на Волковом поле, Шереметев был смертельно ранен и на следующий день, 13 ноября 1817 года, скончался. Похоронен он был на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры. Согласно свидетельству современников,

В.С. Шереметев обратился к Александру I с просьбой не наказывать вынужденного убийцу его сына[11]. Завадовский, после кратковременного ареста, уехал за границу. Грибоедов и Якубович были отправлены служить на Кавказ. В семейном фонде Шереметевых сохранился патент Василия Васильевича Шереметева на чин гвардии штабс-ротмистра за подписью начальника Главного штаба Его Величества князя П.М. Волконского[12]. Интересно, что дан он был

11 апреля 1818 года, через 5 месяцев после гибели Шереметева. По-видимому, документ был оформлен и передан его родителям в качестве своеобразного знака памяти о погибшем.

Итак, по нашему мнению, рассмотренный "Портрет неизвестного" из собрания НГХМ является изображением нижегородского дворянина, офицера Кавалергардского полка Василия Васильевича Шереметева (1794-1817). Хотя В.В. Шереметев и не может быть назван выдающимся уроженцем нашего края, все же трагический конец его жизни оказался связан с известными представителями отечественной культуры, повлиял и на их биографии. Главное же, портрет перестал быть безымянным, "заговорил". Таким образом, еще раз подтвердилась важность научного изучения музейных фондов и, в частности, портретных изображений, которых немало в наших музеях.

Примечания

1 Дворянские роды Российской империи. Т. 1. СПб.: ИПК "Вести", 1993. С. 33.
2 Нижегородский государственный художественный музей.
Инв. N Ж-485. 3 Книга поступлений Нижегородского городского художественного и исторического музея I а (1919-1920 гг.). Л. 124.
4 Сборник биографий кавалергардов. 1801-1826. СПб., 1906. С. 219.
5 Там же. С. 241-243.
6 Центральный архив Нижегородской области (ЦАНО). Ф. 933.
7 Кавалергарды: история, биографии, мемуары / Автор-составитель А.Ю. Бондаренко. М.: Воениздат, 1997. С. 81.
8 Таланов А.И. Кавалергарды // Военно-исторический журнал. 1991. N 1. С. 66-67.
9 ЦАНО. Ф. 933. Оп. 1963. Д. 245. Л. 21.
10 Кавалергарды: история, биографии, мемуары. С. 101.
11 Василий Сергеевич Шереметев. 1752-1831. Б/м, 1910. С. 215-217.
12 ЦАНО. Ф. 933. Оп. 1963. Д. 278. Л. 1.

[Журнал N13-14]
[Журнал "Нижегородский музей"]

В начало | Поиск| Карта сайта | E-mail| Социальная сеть BK
Copyright © 2000-2016 Музей ННГУ, ННГУ
[Для зарегистрированных пользователей]
8