Отделы музея: Музей истории ННГУ | Зоологический | Этнографический | Археологический | Фондовый | Сектор истории радиофизики | Отдел виртуальных программ | Музей науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"| Информационных технологий| Музейной педагогики| Реставрационная лаборатория
Новости! | История ННГУ | Выставки | Экспозиция | Фонды | Экскурсии | Экспедиции| Деятельность | Пресса| Информация| Журнал"Нижегородский музей"| История НРЛ

Журнал Нижегородский музей

Журнал 9-10 Журнал N13":
Главной темой нашего журнала стала тема русской усадьбы, ее хозяйственная и культурная жизнь, судьбы ее владельцев, которые создавали этот особый феномен русской культуры.

К сведению!
Представленные в очередном номере журнала материалы позволят читателю получить некоторое представление о нижегородских усадьбах, как сельских, так и городских. В начале XX столетия в нашем крае только помещичьих усадеб было более 400, из них 142 представляли, по мнению местных властей, "интерес в художественном и историческом отношении". В настоящее время создан Реестр нижегородских усадеб, которым присвоен статус памятника. Каково их прошлое? Как сегодня живут эти усадьбы? Кто ими владеет? Как используется их историко-культурный потенциал? Об этом можно прочитать в материалах исследований, проектов и программ, публикуемых в этом номере журнала.

Редакция посчитала необходимым познакомить читателей с некоторыми материалами сборника статей "Русская усадьба", который издается с 1994 года членами восстановленного Общества изучения русской усадьбы (ОИРУ). Мы надеемся, что начавшееся сотрудничество с этой авторитетной общественной организацией даст новый импульс в развитии процессов изучения и использования того культурного наследия, которое создавалось в сотнях нижегородских городских и сельских усадеб.

Нам бы хотелось, чтобы проблемы вырождения нижегородских усадеб больше привлекали внимание широкой культурной общественности, чем до нынешнего дня. Процесс должен быть ускорен хотя бы потому, что усадебные сооружения катастрофически быстро разрушаются, особенно те из них, которые совсем недавно были освобождены от арендаторов.

Е.Г. Агафонова
Усадьба Бурмистровых: история и судьба

Традиционное представление об усадьбе в России связано в основном с дворянской культурой классицизма, получившей расцвет в XVIII веке. Городская усадьба, и особенно провинциальная усадьба среднего городского сословия, - явление уникальное и практически совершенно неизученное. Эта культура сформировалась в основном в XIX веке, и расцвет ее пришелся на середину века. Нижний Новгород не стал в этом деле исключением. Каковы отличительные черты городской усадьбы, ее размеры, постройки, архитектурные особенности, садовое хозяйство - на эти и многие другие вопросы может дать ответы одна из таких усадеб, ныне частично сохранившаяся на пересечении ул. Семашко (ранее ул. Мартыновская) и Ковалихинской площади. Особенность этой усадьбы - люди, жившие и бывавшие в ней, которые прославили и Нижний Новгород, и Россию.

В начале XVIII века этот участок находился на самой границе города. В 1770 году был принят проект, где расширение городской территории предполагалось осуществить за счет земель, расположенных вдоль берега вниз по течению Волги. Этот новый район, куда входил интересующий нас участок, получил прямоугольную сетку улиц, и владельцы вновь строящихся домов обязаны были ставить их по красным линиям запроектированных улиц.

С момента образования усадьбы несколько раз менялись ее владельцы, которые каждый раз по-своему решали использование строений: то их отчуждали, то вновь присоединяли. Застройка данной усадьбы велась постепенно, к работе привлекались разные архитекторы. В 1847 году помещик Васильского уезда князь А.П. Чегодаев купил дом с флигелями, службами и садом на довольно значительной территории по Больничной улице (впоследствии они значатся по Мартыновской и Тихоновской улицам). Вскоре ему стали принадлежать три дома. Один из домов был угловым. Его фасады выходили на Тихоновскую и Мартыновскую улицы, а оконные проемы были украшены наличниками, имевшими полукруглые завершения над окнами. Другой дом был выполнен в виде одноэтажного деревянного, на каменном полуэтаже здания классических пропорций. И еще одно сооружение принадлежало Александру Петровичу Чегодаеву. В архивных документах имеется "Дело по прошению ротмистра князя Чегодаева о дозволении ему перестроить каменный флигель"[1]от 9 октября 1851 - 11 июня 1852 года. Через одиннадцать лет вдова А.П. Чегодаева Софья Павловна продала все эти строения с землею жене титулярного советника Наталье Александровне Ленивцевой. Вскореновая владелица на этом месте начала строить еще один дом на углу Мартыновской улицы и Ковалихинской площади. В 1859 году ей была выдана ссуда 1000 рублей "на постройку деревянного на каменном фундаменте дома под залог двух домов и трех флигелей со всеми надворными постройками"[2]. К работе был привлечен Михаил Кузьмич Ястребов, на тот момент являвшийся помощником ярмарочного архитектора. До этого он занимался частным проектированием. Им были уже построены каменные дома на Верхне-Волжской набережной (ныне Дом архитектора), на Большой Печерской, по его проекту построен на углу улиц Варварской и Малой Печерской дом статского советника Н. Якоби, который впоследствии будет посещать Т.Г. Шевченко.

Окончательно дом был построен, как значится в оценочных ведомостях 2-й Кремлевской части Н. Новгорода, в июне 1861 года. В налоговых ведомостях вплоть до 1874 года он был записан как "деревянный на каменном фундаменте дом с антресолями", позднее как "деревянный на каменном полуэтаже с мезонином дом". Понятия антресоли и мезонин, видимо, смешивались.

В это же время Н.А. Ленивцева подает прошение в Нижегородскую губернскую строительную и дорожную комиссию об отделении нового дома с землей от прежних домов в связи с тем, что она "намерена заложить дом в частные руки". Вскоре это строение стало числиться отдельно от домов, построенных ранее, и сдавалось владелицей в аренду городу для размещения нижних воинских чинов, а позднее и сборной команды губернского батальона. Через 10 лет во владение домом был введен коллежский регистратор, дворянин по происхождению, в те годы нижегородский купец Феликс Михайлович Войткевич. Он также сдавал этот дом на постой пересыльным солдатам, а одно время здесь располагалось Кулибинское ремесленное училище. В дальнейшем дом был продан А.М. Губину. В списке лиц, введенных во владение недвижимыми имениями в Н. Новгороде за 1880 год, записано: "16 декабря - статский советник Алексей Максимович Губин - от купца Феликса Войткевича по купчей, утвержденной 24 марта г." [3] A.M. Губин - нижегородский купец, три трехлетия бывший городским головой и "прославившийся" скандальной историей с дьяконом, которого он оскорбил во время обедни. А.М. Горький впоследствии показал его в пьесе "Достигаев и другие" под именем Алексея Матвеевича Губина. Новый владелец мало заботился о том, чтобы поддерживать дом в хорошем состоянии. Несколько раз в Нижегородской управе заводили дела о Губине-домовладельце с требованием капитального ремонта. Потеряв интерес к дому, Губин продает его Николаю Федоровичу и Зинаиде Дмитриевне Киршбаум, проживавшим в соседнем доме. (З.Д. Киршбаум владела двумя рядом стоявшими домами с 1881 года.) Таким образом, усадьба снова воссоединилась, приобрела прежние размеры и с 1894 года семье Киршбаум стало принадлежать три дома со всеми надворными постройками и садом.

Вновь приобретенный дом Киршбаум тщательно отремонтировал и стал сдавать квартиры частным лицам. Особенно благоустроенны были квартиры второго этажа. Жили здесь конечно состоятельные люди. Современник А.М. Горького Б.А. Садовской, поэт и литературный критик, писал в воспоминаниях: "..губернаторский экипаж ежедневно, в два часа пополудни можно видеть у подъезда дома Киршбаума, где позже будет жить Горький. Здесь губернатор завтракает и отдыхает"[4].

Именно в этом имении были установлены одни из первых телефонов в Н. Новгороде. Н.Ф. Киршбаум служил одно время в пароходном обществе "Дружина", которое располагало большим количеством пристаней, контор, складов, нуждавшихся в телефонной связи, и обществу было дано первое разрешение на установку телефонов. Первоначально на линии было установлено 4 телефона системы Сименса - в квартирах ответственных служащих общества, одним из которых был Киршбаум. Вскоре он установил телефон и на втором этаже своего доходного дома. Впоследствии Николай Федорович служил главным агентом-кандидатом коммерции Северного страхового общества и Общества страхования жизни "Нью-Йорк", управляющим отделением Русского для внешней торговли банка. Данные виды деятельности Киршбаума были занесены в справочные издания по Н. Новгороду, выпущенные на рубеже XIX и XX веков.

В справочниках отражена также и его общественная деятельность. И здесь особое место занимает его участие в Нижегородском отделении Императорского русского музыкального общества (НОИРМО), где долгие годы он был и председателем, и почетным членом отделения. Именно Н.Ф. Киршбаум вместе с В.Ю. Виллуаном, А.А. Фредериксом, Н.И. Жадовским, Н.Э. Шмидтом, М.М. Аверкиевым, Н.А. Нессингом стояли у истоков создания НОИРМО и вошли в состав первой дирекции. Через 5 лет его существования Дворянское собрание отказало в помещении, которым Музыкальное общество пользовалось бесплатно. Вскоре именно стараниями Н.Ф. Киршбаума, бывшего в то время старшиною Коммерческого клуба, общество разместилось в здании клуба. В материалах, переданных Н.А. Забурдаевым в музей А.М. Горького, хранятся ранее не публиковавшиеся автографы Н.Ф. Киршбаума и Н.А. Грацианова - близкого знакомого и единомышленника А.М. Горького. На бланке Нижегородского отдела Русского общества охранения народного здравия 23 марта 1900 года Грацианов обращается с просьбой воспользоваться роялем Музыкального общества в литературно-музыкальном вечере и просит уведомить об этом Василия Юльевича Виллуана. Внизу мелким почерком Николай Федорович написал: "С моей стороны препятствий не встречаю, если и Вы, Василий Юльевич согласны, то разрешите"[5]. В фондах Нижегородского историко-архитектурного музея-заповедника хранится снимок А.О. Карелина, запечатлевший первых учредителей, членов дирекции Музыкального общества, среди которых присутствует Н.Ф. Киршбаум. Это его единственное изображение, известное нам на сегодняшний день.

Зная Киршбаума по его общественной деятельности в городе, А.М. Горький, став европейски известным писателем, вероятно, не случайно снимает в 1902 году у него квартиру на втором этаже доходного дома, где живет до 1904 года, а его жена с детьми до 1906-го. Сам же Николай Федорович в это время живет по соседству в этой же усадьбе. Благодаря А.М. Горькому именно этой квартире суждено было стать "центром культурной, художественной и общественной жизни Н. Новгорода". В это время в активе писателя - шесть томов литературных сочинений, мировая известность. Уже 50 его произведений изданы на 16 языках, вышло более 100 монографий. А.М. Горький востребован в столичном обществе. В Москве - он ведущий автор в Художественном театре, в Петербурге - хорошо известен по деятельности книжного издательства "Знание". На улице Мартыновской у писателя бывали и подолгу гостили Ф.И. Шаляпин, Л.Н. Андреев, Е.Н. Чириков, И.А. Бунин, С.А. Найденов, А.Б. Гольденвейзер, С.А. Сорин и многие другие видные деятели культуры. В годы жизни в этом доме Общество русских драматических писателей и композиторов (в 1903 и 1904 годах) дважды присуждало ему Грибоедовскую премию. Благодаря широкой известности Горького и усадьба во времена владения ею Киршбаумом, и дом, в котором снимал квартиру писатель, не раз были запечатлены известными фотомастерами, его близкими знакомыми - М.П. Дмитриевым и А.О. Карелиным. Дошел до нас и еще один снимок этого места, сделанный чуть позже фотографом-любителем, членом фотографического общества Василием (Вильямом) Альфонсовичем Зевеке (фотоснимок хранится в семейном архиве).

Тогда же в этом доме у Киршбаума снимал квартиру и Александр Леонидович Ященко - писатель, путешественник, педагог. Его дочь Вера Александровна вспоминала: "Мой отец жил одно время с А.М. Горьким в одном доме, в Н. Новгороде. Последние годы жизни семья отца жила на Большой Печерке, а до этого, кажется, на улице Мартыновской, так я ее помнила. Она перпендикулярна Большой Печерке... В нижнем этаже жило семейство Овен, родственников известного в то время врача-голландца Ван-Ассендельфта. Об отношениях отца с Горьким помню, что они были добрососедские". Александр Леонидович окончил Петербургский университет по "естественному разряду" физико-математического факультета. В начале 1890-х годов дважды он был командирован в Германию, Францию, Италию для ознакомления с новыми методами научных исследований. В 1903 году путешествует по Австралии. Вернувшись, получает назначение в Нижегородский Мариинский женский институт на должность инспектора. К этому времени имуже написана научно-популярная книга "Хруп" для детей. В свое время книга была во всех школьных библиотеках и выдавалась учащимся младших классов в награду. "Будучи в Англии, дед познакомился с Киплингом... подарил ему свою книгу с автографом... Киплинг долго рассматривал иллюстрации к книге, ему очень понравилось изображение дедовского дома и виды нашего Сергачского Припьянья"[6], - писал о дедушке своему другу А.Л. Ященко.

В начале XX века сотрудничал он в журналах "Образование", "Народное образование", участвовал в переводе книг Брема "Жизнь животных". Эта деятельность А.Л. Ященко была отображена в энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона. В дальнейшем он был знаком с И.А. Буниным, А.А. Блоком, Н.С. Гумилевым и другими писателями, художниками, учеными. Находясь в длительной научной командировке, Александр Леонидович написал рассказ "День на юге", который начинался так: "Неаполь, весь залитый яркими лучами южного солнца, тихо уходил, а из теплых рамок синеватой дали все отчетливее и отчетливее очертались контуры красавца Капри... Влево чуть виделся изящный берег Сорренто, а вдали высокие платаны, покачивая своими верхушками, кивали нам, точно желая счастливого пути..."[7]. Через несколько лет и для А.М. Горького эти места на долгие годы станут его домом. В архиве А.Л. Ященко было 34 письма А.М. Горького, но все они бесследно исчезли при его аресте в 1937 году... Возвращаясь к жизни в начале века в усадьбе Киршбаума, хотелось бы отметить тот факт, что уже тогда в домах было проведено электричество.

Сохранилось воспоминание монтера М. Харлова, написанное им в 1936 году, о его знакомстве с А.М. Горьким, которое состоялось в 1902 году. В этот год он делал проводку электрического освещения в доходном доме на Мартыновской улице. Год спустя, накануне 1903 года, Горький обратился к монтеру с просьбой устроить электричество в манеже, где традиционно писатель со своими друзьями-единомышленниками устраивал елки для детей городской бедноты.

В какой-то степени этой же деятельностью был занят и Н.Ф. Киршбаум. Уже с середины 1890-х годов он возглавлял Дом трудолюбия, располагавшийся на углу улиц Варварской и Мистровской, невдалеке от его собственных домов. В большом зале в канун Рождества и Нового года устанавливали елку. Приглашались на этот праздник только дети служащих и рабочих Дома трудолюбия. "Кроме обязательного для всех детей пакета с лакомствами, получали в подарок одежду, обувь, учебники. Список об особо нуждающихся детях правление запрашивало заранее. Потухшую елку тут же разбирали, и все снятые игрушки делились между присутствующими малолетними гостями"[8], - вспоминала А.И. Василевская, одна из участниц этих елок. (Ее воспоминания хранятся в Государственном музее А.М. Горького.)

В Центральном архиве Нижегородской области имеется "Дело Нижегородской управы о покупке места с постройками у домовладельцев З.Д. и Н.Ф. Киршбаум", где хранится их заявление, написанное из Москвы 3 марта 1910 года, в котором они предлагают городу принадлежащие им дома. В "Деле" написано: "Каквидно из прилагаемого плана, продаваемое имущество г. г. Киршбаум состоит: из земельного участка мерою: по улицам Тихоновской - 31 саж., Мартыновской - 69 саж., Ковалихинской площади - 56 саж. И по межам соседнего владения Иванова - 75 саж. Из возведенных на этой усадьбе строений: по Мартыновской улице - 2-х этажного дома, по Ковалихинской площади - деревянного на каменном этаже с мезонином дома и деревянного однозтажного на каменном полуэтаже дома, выходящего на угол Тихоновской и Мартыновской улиц. Кроме того, внутри двора находится полукаменный флигель и несколько холодных строений"[9]. Состоялось бурное заседание городской думы. Дом решили купить, но условия Киршбауму не подошли. Об этом его доверенный известил городскую управу и сообщил, что "в настоящее время все дома уже проданы". Дом на Ковалихинской площади перешел Эмилию Павловичу Ливену преподавателю немецкого языка Нижегородского кадетского корпуса, а соседние дома были записаны на имя его жены Луизы Егоровны Ливен.

С новыми владельцами усадьбы А.М. Горький был знаком. Герман Ливен, их сын, после "студенческих беспорядков" в 1899 году был заключен в одиночную камеру Бутырской тюрьмы, где сжег себя. Хоронили его в Нижнем Новгороде, и, как написал Горький Чехову, "с помпой и демонстративно". Собралось более 8 тысяч человек. Много лет спустя Горький опубликует без названия рассказ о трагической судьбе молодого человека, из которого видно, что писатель знал от родных обстоятельства его гибели. Спустя годы в усадьбе Э.П. Ливена в 1913 году стал снимать квартиру действительный статский советник А.А. Микулин. Приехав из Киева вместе со своей семьей, он поселился в той же квартире, где жил последние нижегородские годы А.М. Горький. В это время в семье рос сын Александр, который впоследствии станет генеральным конструктором авиационных моторов. Созданные под его руководством моторы оказались надежными при дальних перелетах, таких, как перелет В.П. Чкалова через Северный полюс в Америку. Его мать Вера Егоровна Микулина была родной сестрой Николаю Егоровичу Жуковскому - выдающемуся русскому ученому, основоположнику гидро- и аэромеханики. Вот к ней-то и приезжал Жуковский в 1913 году. К этому времени относится знакомство Николая Егоровича с другим нижегородцем - летчиком Петром Николаевичем Нестеровым.

Семья Ливен оказалась последней из владельцев усадьбы. В результате событий, произошедших в стране, с 1918 года усадьба как единое целое перестала существовать. У домов началась другая жизнь, другая история. Прошли годы... В настоящий момент на территории бывшей усадьбы сохранились все три дома, Только улица сменила название. Теперь она называется Семашко. Дом N 15, являясь образцом деревянной архитектуры XIX века, состоит на государственной охране как памятник архитектуры местного значения. Дом N 17 относится к ценной историко-архитектурной среде.

Дом N 19 - памятник истории и культуры федерального значения. В 1971 году здесь был открыт Музей-квартира А.М. Горького, где писатель снималсвою последнюю нижегородскую квартиру в доходном доме у Н.Ф. Киршбаума. Благодаря подлинным материалам, переданным в основном Е.П. Пешковой, освещается один из самых ярких периодов жизни писателя в Н. Новгороде.

Дома бывшей усадьбы в настоящее время включены в охранную зону музея-квартиры А.М. Горького. В 1994 году было принято решение "Об установлении границ охранных зон памятных мест, связанных с именем А.М. Горького в Н. Новгороде, и режимов их содержания и использования".

Эти дома с внешней стороны особых изменений не претерпели. И вид из многих окон квартиры не изменился. Как и прежде, из окон кабинета Горького виден дом владельца усадьбы на тот момент - Н.Ф.Киршбаума. Также под окнами шумят деревья, среди которых есть липы той поры. Таким образом, окружающая музей действительность на сегодняшний день является аутентичной, близкой к первоисточнику. В своей деятельности музей стремится к сохранению бывшей усадьбы, входящей в охранную зону, т. к. именно соединение экспозиции музея с окружающим пространством, несущим в себе дух времени, делает музей музеем в подлинном смысле этого слова. Этот уголок старого Нижнего, связанный с именем А.М. Горького и другими замечательными именами, является заповедным, здесь соседство эпох вновь и вновь наталкивает нас на размышления о дне нынешнем и дне минувшем.

Примечания

1 Центральный архив Нижегородской области (ЦАНО). Ф. 669. Оп. 318. Д. 2369.
2 Там же. Д. 3797.
З Там же. Ф. 30. Оп. 35. Д. 2416.
4 Садовской Б.А. Горький в Нижнем // М. Горький в воспоминаниях нижегородцев. Горький: ВВКИ, 1968. С. 262.
5 ГУК НО "Государственный музей А.М. Горького". Архив Н.А. Забурдаева.
6 Баландин В.Н. Вокруг Ященко // Записки краеведов. Н. Новгород: Изд-во "Книги", 2006. С. 230.
7 Ященко А.Л. День на юге // Альманах "Сергач". Н. Новгород: Изд-во "Стеллариум", 2002. С. 67.
8 Памятные записки (издаются ОСН при ГУК НО "Государственный музей А.М. Горького"). 1965. N 5. С. 44.
9 ЦАНО. Ф. 30. Оп. 35а. Д. 9522.

[Журнал N13-14]
[Журнал "Нижегородский музей"] Е.Г. Агафонова
Усадьба Бурмистровых: история и судьба

Традиционное представление об усадьбе в России связано в основном с дворянской культурой классицизма, получившей расцвет в XVIII веке. Городская усадьба, и особенно провинциальная усадьба среднего городского сословия, - явление уникальное и практически совершенно неизученное. Эта культура сформировалась в основном в XIX веке, и расцвет ее пришелся на середину века. Нижний Новгород не стал в этом деле исключением. Каковы отличительные черты городской усадьбы, ее размеры, постройки, архитектурные особенности, садовое хозяйство - на эти и многие другие вопросы может дать ответы одна из таких усадеб, ныне частично сохранившаяся на пересечении ул. Семашко (ранее ул. Мартыновская) и Ковалихинской площади. Особенность этой усадьбы - люди, жившие и бывавшие в ней, которые прославили и Нижний Новгород, и Россию.

В начале XVIII века этот участок находился на самой границе города. В 1770 году был принят проект, где расширение городской территории предполагалось осуществить за счет земель, расположенных вдоль берега вниз по течению Волги. Этот новый район, куда входил интересующий нас участок, получил прямоугольную сетку улиц, и владельцы вновь строящихся домов обязаны были ставить их по красным линиям запроектированных улиц.

С момента образования усадьбы несколько раз менялись ее владельцы, которые каждый раз по-своему решали использование строений: то их отчуждали, то вновь присоединяли. Застройка данной усадьбы велась постепенно, к работе привлекались разные архитекторы. В 1847 году помещик Васильского уезда князь А.П. Чегодаев купил дом с флигелями, службами и садом на довольно значительной территории по Больничной улице (впоследствии они значатся по Мартыновской и Тихоновской улицам). Вскоре ему стали принадлежать три дома. Один из домов был угловым. Его фасады выходили на Тихоновскую и Мартыновскую улицы, а оконные проемы были украшены наличниками, имевшими полукруглые завершения над окнами. Другой дом был выполнен в виде одноэтажного деревянного, на каменном полуэтаже здания классических пропорций. И еще одно сооружение принадлежало Александру Петровичу Чегодаеву. В архивных документах имеется "Дело по прошению ротмистра князя Чегодаева о дозволении ему перестроить каменный флигель"[1]от 9 октября 1851 - 11 июня 1852 года. Через одиннадцать лет вдова А.П. Чегодаева Софья Павловна продала все эти строения с землею жене титулярного советника Наталье Александровне Ленивцевой. Вскореновая владелица на этом месте начала строить еще один дом на углу Мартыновской улицы и Ковалихинской площади. В 1859 году ей была выдана ссуда 1000 рублей "на постройку деревянного на каменном фундаменте дома под залог двух домов и трех флигелей со всеми надворными постройками"[2]. К работе был привлечен Михаил Кузьмич Ястребов, на тот момент являвшийся помощником ярмарочного архитектора. До этого он занимался частным проектированием. Им были уже построены каменные дома на Верхне-Волжской набережной (ныне Дом архитектора), на Большой Печерской, по его проекту построен на углу улиц Варварской и Малой Печерской дом статского советника Н. Якоби, который впоследствии будет посещать Т.Г. Шевченко.

Окончательно дом был построен, как значится в оценочных ведомостях 2-й Кремлевской части Н. Новгорода, в июне 1861 года. В налоговых ведомостях вплоть до 1874 года он был записан как "деревянный на каменном фундаменте дом с антресолями", позднее как "деревянный на каменном полуэтаже с мезонином дом". Понятия антресоли и мезонин, видимо, смешивались.

В это же время Н.А. Ленивцева подает прошение в Нижегородскую губернскую строительную и дорожную комиссию об отделении нового дома с землей от прежних домов в связи с тем, что она "намерена заложить дом в частные руки". Вскоре это строение стало числиться отдельно от домов, построенных ранее, и сдавалось владелицей в аренду городу для размещения нижних воинских чинов, а позднее и сборной команды губернского батальона. Через 10 лет во владение домом был введен коллежский регистратор, дворянин по происхождению, в те годы нижегородский купец Феликс Михайлович Войткевич. Он также сдавал этот дом на постой пересыльным солдатам, а одно время здесь располагалось Кулибинское ремесленное училище. В дальнейшем дом был продан А.М. Губину. В списке лиц, введенных во владение недвижимыми имениями в Н. Новгороде за 1880 год, записано: "16 декабря - статский советник Алексей Максимович Губин - от купца Феликса Войткевича по купчей, утвержденной 24 марта г." [3] A.M. Губин - нижегородский купец, три трехлетия бывший городским головой и "прославившийся" скандальной историей с дьяконом, которого он оскорбил во время обедни. А.М. Горький впоследствии показал его в пьесе "Достигаев и другие" под именем Алексея Матвеевича Губина. Новый владелец мало заботился о том, чтобы поддерживать дом в хорошем состоянии. Несколько раз в Нижегородской управе заводили дела о Губине-домовладельце с требованием капитального ремонта. Потеряв интерес к дому, Губин продает его Николаю Федоровичу и Зинаиде Дмитриевне Киршбаум, проживавшим в соседнем доме. (З.Д. Киршбаум владела двумя рядом стоявшими домами с 1881 года.) Таким образом, усадьба снова воссоединилась, приобрела прежние размеры и с 1894 года семье Киршбаум стало принадлежать три дома со всеми надворными постройками и садом.

Вновь приобретенный дом Киршбаум тщательно отремонтировал и стал сдавать квартиры частным лицам. Особенно благоустроенны были квартиры второго этажа. Жили здесь конечно состоятельные люди. Современник А.М. Горького Б.А. Садовской, поэт и литературный критик, писал в воспоминаниях: "..губернаторский экипаж ежедневно, в два часа пополудни можно видеть у подъезда дома Киршбаума, где позже будет жить Горький. Здесь губернатор завтракает и отдыхает"[4].

Именно в этом имении были установлены одни из первых телефонов в Н. Новгороде. Н.Ф. Киршбаум служил одно время в пароходном обществе "Дружина", которое располагало большим количеством пристаней, контор, складов, нуждавшихся в телефонной связи, и обществу было дано первое разрешение на установку телефонов. Первоначально на линии было установлено 4 телефона системы Сименса - в квартирах ответственных служащих общества, одним из которых был Киршбаум. Вскоре он установил телефон и на втором этаже своего доходного дома. Впоследствии Николай Федорович служил главным агентом-кандидатом коммерции Северного страхового общества и Общества страхования жизни "Нью-Йорк", управляющим отделением Русского для внешней торговли банка. Данные виды деятельности Киршбаума были занесены в справочные издания по Н. Новгороду, выпущенные на рубеже XIX и XX веков.

В справочниках отражена также и его общественная деятельность. И здесь особое место занимает его участие в Нижегородском отделении Императорского русского музыкального общества (НОИРМО), где долгие годы он был и председателем, и почетным членом отделения. Именно Н.Ф. Киршбаум вместе с В.Ю. Виллуаном, А.А. Фредериксом, Н.И. Жадовским, Н.Э. Шмидтом, М.М. Аверкиевым, Н.А. Нессингом стояли у истоков создания НОИРМО и вошли в состав первой дирекции. Через 5 лет его существования Дворянское собрание отказало в помещении, которым Музыкальное общество пользовалось бесплатно. Вскоре именно стараниями Н.Ф. Киршбаума, бывшего в то время старшиною Коммерческого клуба, общество разместилось в здании клуба. В материалах, переданных Н.А. Забурдаевым в музей А.М. Горького, хранятся ранее не публиковавшиеся автографы Н.Ф. Киршбаума и Н.А. Грацианова - близкого знакомого и единомышленника А.М. Горького. На бланке Нижегородского отдела Русского общества охранения народного здравия 23 марта 1900 года Грацианов обращается с просьбой воспользоваться роялем Музыкального общества в литературно-музыкальном вечере и просит уведомить об этом Василия Юльевича Виллуана. Внизу мелким почерком Николай Федорович написал: "С моей стороны препятствий не встречаю, если и Вы, Василий Юльевич согласны, то разрешите"[5]. В фондах Нижегородского историко-архитектурного музея-заповедника хранится снимок А.О. Карелина, запечатлевший первых учредителей, членов дирекции Музыкального общества, среди которых присутствует Н.Ф. Киршбаум. Это его единственное изображение, известное нам на сегодняшний день.

Зная Киршбаума по его общественной деятельности в городе, А.М. Горький, став европейски известным писателем, вероятно, не случайно снимает в 1902 году у него квартиру на втором этаже доходного дома, где живет до 1904 года, а его жена с детьми до 1906-го. Сам же Николай Федорович в это время живет по соседству в этой же усадьбе. Благодаря А.М. Горькому именно этой квартире суждено было стать "центром культурной, художественной и общественной жизни Н. Новгорода". В это время в активе писателя - шесть томов литературных сочинений, мировая известность. Уже 50 его произведений изданы на 16 языках, вышло более 100 монографий. А.М. Горький востребован в столичном обществе. В Москве - он ведущий автор в Художественном театре, в Петербурге - хорошо известен по деятельности книжного издательства "Знание". На улице Мартыновской у писателя бывали и подолгу гостили Ф.И. Шаляпин, Л.Н. Андреев, Е.Н. Чириков, И.А. Бунин, С.А. Найденов, А.Б. Гольденвейзер, С.А. Сорин и многие другие видные деятели культуры. В годы жизни в этом доме Общество русских драматических писателей и композиторов (в 1903 и 1904 годах) дважды присуждало ему Грибоедовскую премию. Благодаря широкой известности Горького и усадьба во времена владения ею Киршбаумом, и дом, в котором снимал квартиру писатель, не раз были запечатлены известными фотомастерами, его близкими знакомыми - М.П. Дмитриевым и А.О. Карелиным. Дошел до нас и еще один снимок этого места, сделанный чуть позже фотографом-любителем, членом фотографического общества Василием (Вильямом) Альфонсовичем Зевеке (фотоснимок хранится в семейном архиве).

Тогда же в этом доме у Киршбаума снимал квартиру и Александр Леонидович Ященко - писатель, путешественник, педагог. Его дочь Вера Александровна вспоминала: "Мой отец жил одно время с А.М. Горьким в одном доме, в Н. Новгороде. Последние годы жизни семья отца жила на Большой Печерке, а до этого, кажется, на улице Мартыновской, так я ее помнила. Она перпендикулярна Большой Печерке... В нижнем этаже жило семейство Овен, родственников известного в то время врача-голландца Ван-Ассендельфта. Об отношениях отца с Горьким помню, что они были добрососедские". Александр Леонидович окончил Петербургский университет по "естественному разряду" физико-математического факультета. В начале 1890-х годов дважды он был командирован в Германию, Францию, Италию для ознакомления с новыми методами научных исследований. В 1903 году путешествует по Австралии. Вернувшись, получает назначение в Нижегородский Мариинский женский институт на должность инспектора. К этому времени имуже написана научно-популярная книга "Хруп" для детей. В свое время книга была во всех школьных библиотеках и выдавалась учащимся младших классов в награду. "Будучи в Англии, дед познакомился с Киплингом... подарил ему свою книгу с автографом... Киплинг долго рассматривал иллюстрации к книге, ему очень понравилось изображение дедовского дома и виды нашего Сергачского Припьянья"[6], - писал о дедушке своему другу А.Л. Ященко.

В начале XX века сотрудничал он в журналах "Образование", "Народное образование", участвовал в переводе книг Брема "Жизнь животных". Эта деятельность А.Л. Ященко была отображена в энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона. В дальнейшем он был знаком с И.А. Буниным, А.А. Блоком, Н.С. Гумилевым и другими писателями, художниками, учеными. Находясь в длительной научной командировке, Александр Леонидович написал рассказ "День на юге", который начинался так: "Неаполь, весь залитый яркими лучами южного солнца, тихо уходил, а из теплых рамок синеватой дали все отчетливее и отчетливее очертались контуры красавца Капри... Влево чуть виделся изящный берег Сорренто, а вдали высокие платаны, покачивая своими верхушками, кивали нам, точно желая счастливого пути..."[7]. Через несколько лет и для А.М. Горького эти места на долгие годы станут его домом. В архиве А.Л. Ященко было 34 письма А.М. Горького, но все они бесследно исчезли при его аресте в 1937 году... Возвращаясь к жизни в начале века в усадьбе Киршбаума, хотелось бы отметить тот факт, что уже тогда в домах было проведено электричество.

Сохранилось воспоминание монтера М. Харлова, написанное им в 1936 году, о его знакомстве с А.М. Горьким, которое состоялось в 1902 году. В этот год он делал проводку электрического освещения в доходном доме на Мартыновской улице. Год спустя, накануне 1903 года, Горький обратился к монтеру с просьбой устроить электричество в манеже, где традиционно писатель со своими друзьями-единомышленниками устраивал елки для детей городской бедноты.

В какой-то степени этой же деятельностью был занят и Н.Ф. Киршбаум. Уже с середины 1890-х годов он возглавлял Дом трудолюбия, располагавшийся на углу улиц Варварской и Мистровской, невдалеке от его собственных домов. В большом зале в канун Рождества и Нового года устанавливали елку. Приглашались на этот праздник только дети служащих и рабочих Дома трудолюбия. "Кроме обязательного для всех детей пакета с лакомствами, получали в подарок одежду, обувь, учебники. Список об особо нуждающихся детях правление запрашивало заранее. Потухшую елку тут же разбирали, и все снятые игрушки делились между присутствующими малолетними гостями"[8], - вспоминала А.И. Василевская, одна из участниц этих елок. (Ее воспоминания хранятся в Государственном музее А.М. Горького.)

В Центральном архиве Нижегородской области имеется "Дело Нижегородской управы о покупке места с постройками у домовладельцев З.Д. и Н.Ф. Киршбаум", где хранится их заявление, написанное из Москвы 3 марта 1910 года, в котором они предлагают городу принадлежащие им дома. В "Деле" написано: "Каквидно из прилагаемого плана, продаваемое имущество г. г. Киршбаум состоит: из земельного участка мерою: по улицам Тихоновской - 31 саж., Мартыновской - 69 саж., Ковалихинской площади - 56 саж. И по межам соседнего владения Иванова - 75 саж. Из возведенных на этой усадьбе строений: по Мартыновской улице - 2-х этажного дома, по Ковалихинской площади - деревянного на каменном этаже с мезонином дома и деревянного однозтажного на каменном полуэтаже дома, выходящего на угол Тихоновской и Мартыновской улиц. Кроме того, внутри двора находится полукаменный флигель и несколько холодных строений"[9]. Состоялось бурное заседание городской думы. Дом решили купить, но условия Киршбауму не подошли. Об этом его доверенный известил городскую управу и сообщил, что "в настоящее время все дома уже проданы". Дом на Ковалихинской площади перешел Эмилию Павловичу Ливену преподавателю немецкого языка Нижегородского кадетского корпуса, а соседние дома были записаны на имя его жены Луизы Егоровны Ливен.

С новыми владельцами усадьбы А.М. Горький был знаком. Герман Ливен, их сын, после "студенческих беспорядков" в 1899 году был заключен в одиночную камеру Бутырской тюрьмы, где сжег себя. Хоронили его в Нижнем Новгороде, и, как написал Горький Чехову, "с помпой и демонстративно". Собралось более 8 тысяч человек. Много лет спустя Горький опубликует без названия рассказ о трагической судьбе молодого человека, из которого видно, что писатель знал от родных обстоятельства его гибели. Спустя годы в усадьбе Э.П. Ливена в 1913 году стал снимать квартиру действительный статский советник А.А. Микулин. Приехав из Киева вместе со своей семьей, он поселился в той же квартире, где жил последние нижегородские годы А.М. Горький. В это время в семье рос сын Александр, который впоследствии станет генеральным конструктором авиационных моторов. Созданные под его руководством моторы оказались надежными при дальних перелетах, таких, как перелет В.П. Чкалова через Северный полюс в Америку. Его мать Вера Егоровна Микулина была родной сестрой Николаю Егоровичу Жуковскому - выдающемуся русскому ученому, основоположнику гидро- и аэромеханики. Вот к ней-то и приезжал Жуковский в 1913 году. К этому времени относится знакомство Николая Егоровича с другим нижегородцем - летчиком Петром Николаевичем Нестеровым.

Семья Ливен оказалась последней из владельцев усадьбы. В результате событий, произошедших в стране, с 1918 года усадьба как единое целое перестала существовать. У домов началась другая жизнь, другая история. Прошли годы... В настоящий момент на территории бывшей усадьбы сохранились все три дома, Только улица сменила название. Теперь она называется Семашко. Дом N 15, являясь образцом деревянной архитектуры XIX века, состоит на государственной охране как памятник архитектуры местного значения. Дом N 17 относится к ценной историко-архитектурной среде.

Дом N 19 - памятник истории и культуры федерального значения. В 1971 году здесь был открыт Музей-квартира А.М. Горького, где писатель снималсвою последнюю нижегородскую квартиру в доходном доме у Н.Ф. Киршбаума. Благодаря подлинным материалам, переданным в основном Е.П. Пешковой, освещается один из самых ярких периодов жизни писателя в Н. Новгороде.

Дома бывшей усадьбы в настоящее время включены в охранную зону музея-квартиры А.М. Горького. В 1994 году было принято решение "Об установлении границ охранных зон памятных мест, связанных с именем А.М. Горького в Н. Новгороде, и режимов их содержания и использования".

Эти дома с внешней стороны особых изменений не претерпели. И вид из многих окон квартиры не изменился. Как и прежде, из окон кабинета Горького виден дом владельца усадьбы на тот момент - Н.Ф.Киршбаума. Также под окнами шумят деревья, среди которых есть липы той поры. Таким образом, окружающая музей действительность на сегодняшний день является аутентичной, близкой к первоисточнику. В своей деятельности музей стремится к сохранению бывшей усадьбы, входящей в охранную зону, т. к. именно соединение экспозиции музея с окружающим пространством, несущим в себе дух времени, делает музей музеем в подлинном смысле этого слова. Этот уголок старого Нижнего, связанный с именем А.М. Горького и другими замечательными именами, является заповедным, здесь соседство эпох вновь и вновь наталкивает нас на размышления о дне нынешнем и дне минувшем.

Примечания

1 Центральный архив Нижегородской области (ЦАНО). Ф. 669. Оп. 318. Д. 2369.
2 Там же. Д. 3797.
З Там же. Ф. 30. Оп. 35. Д. 2416.
4 Садовской Б.А. Горький в Нижнем // М. Горький в воспоминаниях нижегородцев. Горький: ВВКИ, 1968. С. 262.
5 ГУК НО "Государственный музей А.М. Горького". Архив Н.А. Забурдаева.
6 Баландин В.Н. Вокруг Ященко // Записки краеведов. Н. Новгород: Изд-во "Книги", 2006. С. 230.
7 Ященко А.Л. День на юге // Альманах "Сергач". Н. Новгород: Изд-во "Стеллариум", 2002. С. 67.
8 Памятные записки (издаются ОСН при ГУК НО "Государственный музей А.М. Горького"). 1965. N 5. С. 44.
9 ЦАНО. Ф. 30. Оп. 35а. Д. 9522.

[Журнал N13-14]
[Журнал "Нижегородский музей"]

В начало | Поиск| Карта сайта | E-mail| Социальная сеть BK
Copyright © 2000-2016 Музей ННГУ, ННГУ
[Для зарегистрированных пользователей]
8