Отделы музея: Музей истории ННГУ | Зоологический | Этнографический | Археологический | Фондовый | Сектор истории радиофизики | Отдел виртуальных программ | Музей науки ННГУ "Нижегородская радиолаборатория"| Информационных технологий| Музейной педагогики| Реставрационная лаборатория
Новости! | История ННГУ | Выставки | Экспозиция | Фонды | Экскурсии | Экспедиции| Деятельность | Пресса| Информация| Журнал"Нижегородский музей"| История НРЛ

Журнал Нижегородский музей

Журнал 9-10 Журнал N15":
Тема номера "Музеи нижегородской глубинки"

К сведению!
Нижегородский музейный центр провел в мае 2008 года в г. Урене семинар-тренинг "Музейное образование: новые реалии, современные технологии".

Главный редактор журнала "Музей" Е.Б. Медведева и известный специалист в области музейной педагогики М.Ю. Юхневич познакомили участников семинара-тренинга с самыми современными технологиями музейных коммуникаций, с опытом организации музейных диалогов с публикой ведущих зарубежных и отечественных музеев. Предусмотренные программой семинара тренинги показали активную готовность нижегородских музейщиков к внедрению в свою практику этих технологий, а многие уже давно успешно ими пользуются.

Для столичных специалистов и многих нижегородцев стало открытием существование и активная плодотворная деятельность провинциальных музеев, с которыми они познакомились в ходе семинара. Уренский народный исторический музей, Тоншаевский краеведческий музей, Краснобаковский исторический музей, Ветлужский краеведческий музей принимали в своих залах коллег.

И в каждом музее были свои "изюминки" и свои находки, у каждого музея участники семинара увидели "свое лицо", несмотря на то, что в каждом из них есть общие для северных районов Нижегородской области старые орудия труда, предметы домашнего обихода. Важно, что в этих музеях работают замечательные творческие личности, "без страха и упрека" служащие своему музею и своей любимой публике, которую постоянно надо удивлять, просвещать, взаимодействовать с ней так, чтобы люди еще и еще приходили в музей и получали от него удовольствие, духовную поддержку, открывали для себя новые горизонты

Т.А. Краснолобова
О семье Кашириных и не только

М ы живем в такое время, когда священное понятие "семья" не находит себе признания и почета в человеческих сердцах, им не дорожат, его не берегут, его не ценят. Я думаю, что неуважение к прошлому, к своим предкам, к истории своего народа порождает в человеке безродную, безответственную психологию. Познание истории своей и рода возвращает нам утраченное чувство собственного достоинства, понимание, что семья есть первооснова родины. Начинаешь глубоко чувствовать известные пушкинские строки:
Два чувства дивно близки нам
- В них обретает сердце пищу -
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
На них основано от века
По воле Бога самого
Самостоянье человека -
Залог величия его.
Разрывая связь поколений, прерывая традицию, мы утратили понимание духовной целостности живой жизни, а это приводит нас к вырождению и демографическому кризису.

Практически прожив свою жизнь, я мало знала о своей родословной. Моя жизнь сложилась так, что, окончив в 1955 году Горьковский университет (биофак), я уехала в Москву поступать в аспирантуру, окончив которую была оставлена в Институте паразитологии Академии наук СССР, где проработала более 40 лет. Вернувшись в Нижний Новгород, занялась изучением родословной, т.к. из книги Н.А. Забурдаева "В семье Кашириных" узнала о рукописях моего прадедушки Терентия Евграфовича Мигунова ("Автобиография") и бабушки Лидии Терентьевны Краснолобовой (Мигуновой) ("Воспоминания о Горьком").

Хотя в Примечаниях указано, что хранятся обе рукописи в Государственном музее А.М. Горького, но, к большому сожалению, рукопись бабушки до сих пор найти не удается. При использовании материала об А.М. Горьком буду ссылаться на книгу Н.А. Забурдаева, где он неоднократно использовал рукопись моей бабушки Лидии Терентьевны.

Поскольку дед В.В. Каширин обеднел окончательно, весной 1878 года Алеша Пешков стал работать. Заработанные деньги он отдавал бабушке (продавал собранные говяжьи кости, тряпки, бумагу). В своей книге Н.А. Забурдаев пишет: "В дружеских тонах об этом же времени вспоминала двоюродная сестра Александра Яковлевича Каширина, дочь Терентия Мигунова, Лидия Краснолобова: "Помню, тогда мы жили на углу Больших оврагов и Малой Ямской улицы, брат Александр Каширин привел к нам Алексея Пешкова, который жил у дедушки. Мать его второй раз вышла замуж за станционного смотрителя Максимова. Отчим не взял Алешу к себе жить, поэтому и жил он у дедушки""[1].

Весь остальной материал моей статьи основан на рукописи Т.Е. Мигунова. Рукопись мне предоставили в Литературном музее А.М. Горького.

Терентий Евграфович Мигунов родился в 1838 году в селе Владимирском Семеновского уезда Нижегородской губернии. Село находится вблизи озера Светлояр. Родился в крепостной крестьянской семье. Отец его Евграф Титович, мать Епистилия Демидовна, урожденная Левина. Терентий был старшим сыном в семье. Считался дворовым крестьянином нижегородского помещика, князя А.А. Сибирского. Друг Якова Каширина. Был женат на сестре его жены Елизавете Александровне Митрофановой (Щуровой). Его дядя Григорий Левин, родной брат Епистилии Демидовны, большую часть своей жизни провел в семье Кашириных. Он был в очень хороших отношениях с Василием Кашириным, дедом Алексея Максимовича, видимо, хотел организовать свое красильное заведение, но не смог и работал у В.В. Каширина много лет, являлся его опорой в хозяйстве.

Умер Терентий Евграфович 26 октября 1907 года в возрасте 69 лет. Свою рукопись он писал на протяжении последних 14 лет жизни, с 1893 по 1907 год. Она охватывает исторический период с 1854 по 1907 год. Рукопись была передана первоначально в "Домик Каширина" его дочерью Лидией Терентьевной Краснолобовой (Мигуновой) и насчитывала 736 страниц.

Несколько подробнее хочется рассказать и о семье самого Терентия Мигунова (из материалов рукописи), так как этот материал дает представление об образе жизни людей в этот период времени.

Итак, у Терентия Евграфовича была сестра Анфиса 1840 года рождения. В 20 лет она вышла замуж за Петра Кургина, крестьянина, жившего рядом, очень смирного человека. Но его она не любила. Петр Куркин солдатом воевал на Балканах. В 1877 году убит. После его смерти Анфиса получала пенсию на детей 3 рубля в месяц. Она жила долго в доме Терентия Мигунова в качестве кухарки. Потом вторично вышла замуж, но детей от второго брака не было.

Далее в рукописи Т.Е. Мигунова "Автобиография" приводятся сведения о братьях.

Брат Илларион имел очень вспыльчивый характер, мать посылала его и Василия (его брат) водить нищих слепых. Сначала работал на прядильной фабрике близ с. Воскресенского, потом ушел в г. Семенов, поступил в трактирное заведение. Энергия его требовала большого простора, и он перешел в Нижний, поступил в половые в гостиницу Лопашова (на углу Осыпной и Большой Покровской). В 1864 году женился на польке. Восприемником ее был князь Чернышев - начальник железной дороги. С1867 года работал в Санкт-Петербурге в гостинице "Малый Ярославец", был буфетчиком. Заработал деньги и вернулся во Владимирское, открыв торговлю хлебом. Однако потом уехал в Москву. Затем снова вернулся в Нижний и во время ярмарки поступил в кафешантан, "куда сманил" сына Терентия Мигунова - Петра. С1890 года получил звание нижегородского мещанина. Жизнь его была интересной и насыщенной.

Брат Василий - самое несчастное дитя Евграфа Мигунова. Много пил, ухаживал за женщинами, был косой. Проститутки только выманивали у него деньги.

Брат Иван Евграфович работал много у Терентия. Отец был очень деспотичен к нему, и Иван был сердит на отца до конца жизни.

Как я уже писала, Терентий Евграфович Мигунов - мой прадедушка, а Елизавета Александровна Мигунова - моя прабабушка.

Елизавете Александровна Митрофанова (Щурова), 1845 года рождения, росла под наблюдением доброй и умной своей бабушки по отцу. Грамоте училась у дьячка и закончила свое образование третьей кафизмой. Мать ее, Авдотья Ивановна, урожденная Щурова. Из купеческого дома. Ни к какому хозяйству не была приспособлена, а бабушка занималась мелочной торговлей. Характер Елизаветы мягкий, простой, добрый, кроткий, уступчивый, не имела никакого тщеславия и гордости. Очень любила детей не только своих, но и чужих.

Ее судьба сложилась удачно. Терентий Евграфович в своей рукописи пишет: "Когда я познакомился с Яковом Кашириным (через дядю Григория Левина), он при содействии своей жены Ольги сосватал мне невесту - свою свояченицу - девицу Елизавету Александровну Митрофанову. Спасибо, удачную дал мне жену, с которой я и теперь живу душа в душу, имея в живых шесть человек детей и шесть внучат". И далее о ней: "Любила работу и детей. Безденежье ее не смущало. При переезде по железной дороге обнаружилась кража, и у жены отнялись рука и нога". Потом нервные расстройства продолжались. Видимо, Терентий Евграфович ушел из жизни раньше, т.к. дату смерти жены не сообщил.

У Терентия Евграфовича и Елизаветы Александровны Мигуновых была большая семья - 12 детей: Петр, Аркадий, Валентина, Николай и Евгений - близнецы, Аполлинария, Лидия - моя бабушка, Леонид, Аркадий, Мария, Михаил, Владимир.

Большинство из них умерли рано. В живых на семейной фотографии присутствуют: Лидия, Аркадий, Леонид, Михаил, Владимир.

В своей "Автобиографии" Т.Е. Мигунов подробно пишет о своих детях.

Сын Петр, первенец, родился 26 декабря 1864 года. Крещен священником арестантской роты Соболевым, впоследствии архиепископ в г. Вологде.

Второй сын, Аркадий, родился в 1866 году в селе Городец. Крестной была теща Авдотья Ивановна Митрофанова. Умер через год. Погребен на Петропавловском кладбище к стороне Немецкой площади. Могила была видна из окна дома (дом Крюковского, позже Иванова).

Третья - дочь Валентина, 1867 года рождения. Родилась на Немецкой улице. Восприемником (крестным) был купец Николай Иванович Щуров (дядя Елизаветы Александровны). Это была настоящая русская красавица. Родила дочь Нину. Крестный отец - судебный следователь Кутасов, а крестная - тетка по отцу Феоктиста Алмазова. В 1894 году чахотка свела Валентину в могилу.

Четвертый и пятый - сыновья-близнецы Николай и Евгений. "Крещены в Трехсвятской церкви. Умерли в одно время - оба в 7 месяцев от дизентерии. Погребены в Княгининском уезде, где я был управляющим имения Обтяжновой. Рождены в доме Коротковой по Немецкой улице (ныне дом Карпова)", - пишет Т.Е. Мигунов.

Шестая - дочь Аполлинария умерла в 5 лет. Погребена на Крестовоздвиженском кладбище, где позже были погребены дедушка ее Александр Иванович Митрофанов, его сын Петр, сестра Маша и где готовилась могила бабушке Авдотье.

Седьмой была дочь Лидия.

Восьмой - сын Леонид, родился после Лидии. Учился в приюте им. графини О.В. Кутайсовой до 1888 года. Потом уехал в Томск к брату Аркадию. В Сибири попал в психбольницу.

Девятый - сын Аркадий, родился в Арзамасе. Занимался исследованием реки Оби в Сибири. Когда Аркадий вернулся в Нижний, устроился на военную службу. Потом начал пить. Стали появляться галлюцинации, попал в психбольницу и был освобожден от военной службы. Умер в Сарове.

В другой части рукописи Терентий Евграфович пишет об Аркадии, что он бродит как вечный жид по Уфимской губернии. Он написал письмо домой, что здоров и идет через Мамадыш и Казань (письмо из Елабуги). В марте 1905 года Аркадий вернулся в лаптях, питался и одевался Христовым именем. (Есть фото семьи, которое делал брат Иван. Он приехал с Кавказа с детьми, Любой и Александром, из г. Темир-Хан-Шура.)

Десятая - дочь Мария. Крестили в церкви Николая Чудотворца на Гребешке. Жила четыре года.

Одиннадцатый, Михаил, 1883 года рождения, был директором гимназии в г. Симбирске.

Последний (двенадцатый), Владимир, родился в доме Никольского, белый офицер.

Интересны и некоторые сведения о семье A.M. Горького, о родственных отношениях с которым я сообщала выше.

Как же возникла такая близкая связь моих предков с семьей Кашириных? Вот что пишет Т.Е. Мигунов:

"СЯковом Кашириным мы сделались друзьями, когда я был холост, через дядю моего Григория Демидовича Левина, который был в работниках у отца Каширина". Григорий был братом матери Терентия Евграфовича, Епистилии Демидовны Левиной. Они родились в Заволжье, в селе Владимирском на берегу озера Светлояр. Весьма любопытным является тот факт, что отец Григория, Демид Левин, со своей семьей был в дворне у генерала от инфантерии Белоградского. Ему в 40-х годах XIX века принадлежало село Владимирское, и Григорий с детства был на побегушках у генерала, то в походах, то в Петербурге. В 1851 году генерал умер. Молодому слуге Григорию он завещал освобождение. Завещание было выполнено, и он вернулся в село Владимирское. Хозяином села был уже князь А.А. Сибирский, землемером у которого был мой прадед Терентий Евграфович. Судьба Григория дальше на протяжении длительного времени была связана с семьей Кашириных, где он стал работником в красильном заведении у Василия Васильевича, деда А.М. Горького. В начале Крымской войны, в 1855 году, Григорий Левин был отправлен на фронт. Когда закончилась Крымская война, он вернулся опять к Кашириным. В книге Н.А. Забурдаева читаем:

"Григорий и Михаил вначале, видимо, дружили. На свадьбе Михаила Григорий был поручителем со стороны невесты". А вскоре женился и сам. Женой его стала вдова Феоктиста Григорьевна Князева. Венчание состоялось в Успенской церкви, где венчали и Михаила. Жена была старше его на 7 лет. Пир после свадьбы проходил в доме Кашириных.

Первые встречи Алеши с Григорием описаны в "Детстве". Видимо, у них складывались хорошие, дружеские отношения, несмотря на разницу в годах. Григорий дружил с отцом Алеши. Однажды, наклонясь к Алеше, он сказал такие слова об отце его: "Отца бы твоего, Лексей Максимович, сюда, - он бы другой огонь зажег! Радостный был муж, утешный"[2].

Ознакомившись с книгой Милы Смирновой "Про Василия Каширина" (2008), я, естественно, захотела узнать об отношениях Василия Васильевича и Григория, т.к. их долгие годы связывали близкие отношения. Я снова перечитала "Детство" А.М. Горького и сопоставила сведения о Григории, приведенные в повести А.М. Горького и в рукописи Терентия Евграфовича.

Беседуя с Алешей, Григорий говорит: "Я, милый, тридцать семь лет дедушку знаю, в начале дела видел и в конце гляжу. Мы с ним раньше дружки-приятели были, вместе это дело начали, придумали. Он умный, дедушка! Вот он хозяином поставил себя, а я не сумел. Господь однако всех нас умнее..."[3].

О своих отношениях с Григорием Алексей Максимович пишет так: "С Григорием - просто, как с бабушкой, но жутко, и кажется, что он из-под очков видит все насквозь"[4].

Видимо, Григорий был очень неглупым человеком, т.к. в дружеских беседах с Алешей он пытался научить его думать о жизни.

"Длинный, костлявый Григорий... точно добрый колдун, мешает кипящую краску и все учит меня:

- Гляди всем прямо в глаза; собака на тебя бросится, и ей тоже, - отстанет". Или: "...посадил меня на колени и, уткнувшись теплой, мягкой бородой в щеку мне, памятно, рассказал:

- Дядя твой (Яков. - Т.К.) жену насмерть забил, замучил, а теперь его совесть дергает, - понял? Тебе все надо понимать, гляди, а то пропадешь!"[5].

Описывая дальнейшую судьбу Григория, Алексей Максимович пишет: "Он совсем ослеп и ходил по миру... Его водила под руку маленькая серая старушка; останавливаясь под окнами, она писклявым голосом тянула, всегда глядя куда-то вбок:

- Подайте, Христа ради, слепому и убогому...

А Григорий Иванович молчал... Ячасто видел его, но никогда не слыхал ни звука из этих сомкнутых уст... Яне мог подойти к нему, никогда не подходил, а напротив, завидя его, бежал домой и говорил бабушке:

- Григорий ходит по улице!

- На-ко, беги, подай ему!

Яотказывался грубо и сердито. Тогда она сама шла за ворота и долго разговаривала с ним, стоя на тротуаре. Он усмехался, тряс бородой, но сам говорил мало, односложно...

Не мог я подойти к нему, - мне было нестерпимо стыдно перед ним, и я знал, что бабушке - тоже стыдно. Только однажды говорили мы с ней о Григории: проводив его за ворота, шла тихонько по двору и плакала, опустив голову. Яподошел к ней, взял ее руку.

- Ты что же бегаешь от него? - тихо спросила она. - Он тебя любит, он хороший ведь...

Она остановилась, прижала меня к себе, и почти шепотом, пророчески сказала:

- Помяни мое слово: накажет нас Господь за этого человека! Накажет...

Она не ошиблась: лет через десять, когда бабушка уже успокоились навсегда, дед сам ходил по улицам города нищий и безумный, выпрашивая подачки"[6].

Ольга Александровна Митрофанова (Щурова) первая жена Якова Каширина и родная сестра моей прабабушки Елизаветы Александровны Мигуновой (Щуровой). Она была подругой Варвары, матери Алексея Максимовича. Более того, Ольга являлась крестной матерью первого сына Пешковых,

Александра, родившегося в 1864 году, а крестным отцом был Василий Васильевич Каширин. Из рукописи Терентия Мигунова можно узнать некоторые сведения об Ольге: "Жена Якова умерла при родах в 1869 году (есть разные версии). Яков глубоко обожал и сильно любил ее, чего она была вполне достойна. Ее оплакивали не он один и не только мы, близкие и родные, но все, знающие ее, а Якова она глубоко потрясла и, можно сказать, изуродовала всю оставшуюся жизнь, и поддержать его было некому (я жил в то время в Княгининском уезде), и тут он расстроил хозяйство и красильное заведение. Отец его больше внимания обращал на нового своего зятя Максима Пешкова.

У гроба жены Яков дал обет, что крест на могилу он принесет через год на себе. Но слова не сдержал и через 9,5 месяца снова женился. С Ольгой он прожил семь лет. У них родилось 7 детей, но в живых остался Саша 1865 года рождения. Прожил до 1914 года, остальные умерли на первом или втором году жизни".

О похоронах Ольги пишет и Л.Т. Краснолобова (моя бабушка):

"На похоронах тетки Ольги нашей около дома Кашириных собралось много народа, все плакали. Она была доброй, красивой и умной. Мама наша хорошо знала Кашириных, она из их дома вышла замуж (это о моей прабабушке. - Т.К.)".

О кресте и обете Якова можно прочитать в "Детстве" М. Горького: "Я заметил его в первые же дни жизни в доме... От него пахло мореным дубом, и был он на тесном, грязном дворе лишний. Его купил дядя Яков, чтоб поставить над могилою своей жены, и дал обет отнести крест на своих плечах до кладбища в годовщину смерти ее"[7].

В "Автобиографии" Т.Е. Мигунова прослеживается дальнейшая судьба Якова. "Второй раз Яков женился на Елизавете Александровне Борисовской, дочери священника. От нее было четверо детей. Работал Яков в красильной мастерской, которая потом закрылась. В 1876 году все полученное от отца продали. Из собственного дома он выехал на квартиру, затем жил у тещи на хлебах. Поступил в острог, но продолжал пить. Его уволили. Он подолгу жил у священника Виноградова в с. Ближнее Борисово. Ничего не делал. Пел, играл на гитаре и пил. Мотался по ночлежкам".

После смерти второй жены от чахотки его жизнь еще более расстроилась. Он стал нетерпимым в порядочном доме, и под конец жизни у детей своих он сделался грязной тряпкой и судомойкой, и тяжело мучился со своей гнетущей одышкой, и от плеврита и чахотки сошел в могилу. Осталось два сына: Александр от первой жены и Николай - от второй.

"22 мая 1901 года, - пишет Т.Е. Мигунов, - я проводил Якова Васильевича до могилы на Петропавловском кладбище. Грустно было прощаться с таким несчастным и бедным, который некогда жил хорошо, был большим приятелем и любезным другом". Скончался он на 65-м году жизни. Терентий Евграфович вспоминает и о приезде Якова Каширина в нему в село Владимирское с Леонидом Евграфовичем, братом его.

Александр Каширин - двоюродный брат моей бабушки. "Саша Яковов" - сын от первой жены Ольги - сестры моей прабабушки - с 1876 года жил у своей бабушки по материнской линии Евдокии Ивановны Щуровой. Она имела домик на Гребешке на Старо-Никольской улице. Он работал в магазине купца Порхунова, потом поступил в хор купца Рукавишникова, так как у него объявился голос - тенор.

Варвара Васильевна, дочь Василия Васильевича и Акулины Ивановны Кашириных, родилась в 1844 году. Вышла замуж в 1869 году, через год после женитьбы брата Якова на Ольге Митрофановой, ее подруги. Мужем ее стал Максим Савватиевич Пешков. На свадьбе Варвары и Максима Пешкова также присутствовали Щуровы-Митрофановы, что говорит о близких отношениях между этими семьями. Остается надеяться на обнаружение рукописи моей бабушки "Воспоминания о Горьком", которая, несомненно, дополнит эти материалы. В 1868 году у них родился Алеша. Однако счастье Варвары длилось недолго. Умер ее муж Максим от холеры в Астрахани.

Повторный брак Варвары тоже не принес ей счастья. Новый муж ее, Евгений Васильевич Максимов, 23 лет, студент Константиновского института в Москве (теперь Московский институт инженеров геодезии, аэрофотосъемки и картографии). Варвара была на семь лет старше его. Они уехали в Москву. Отчим не ладил с Алешей, и Варвара отослала сына к родителям. Начались неурядицы в ее семейной жизни. Они возвратились в Нижний Новгород и поселились в Сормове. Отношения с мужем становились напряженными, да и здоровье Варвары значительно ухудшилось. Начался постоянный кашель. Варвара умерла от чахотки в 1879 году в 35 лет. Через два года после нее в 1881 году в 29 лет умирает и ее муж, тоже от чахотки.

В книге Н.А. Забурдаева "В семье Кашириных" описываются похороны Варвары Васильевны:

"На похоронах собрались все родственники: родные братья Михаил и Яков со своими вторыми женами и детьми, чертежник Сергеев с женой, матерью и братом, Мигуновы (мои прабабушка и прадедушка. - Т.К.), Краснолобовы (моя бабушка, видимо, с мужем Михаилом Даниловичем. - Т.К.), Щуровы (родители первой жены Якова, Ольги и ее сестры Елизаветы, моей прабабушки. - Т.К.), Нищенковы, Гаврюшовы и Заломовы. Был поминальный обед. Бабушка за стол позвала и Алешу, но он отказался, ушел на кладбище к товарищам. Язев отец предложил обложить дерном могилу Алешиной матери, и ребята занялись этим делом"[8].

Детство у Алеши Пешкова закончилось, и он пошел в люди.

Перед нами открылись прямые и опосредованные связи Мигуновых и Кашириных, мы изучили ветвь родословной по линии Мигуновых. Теперь рассмотрим другую ветвь родословной - Краснолобовых.


Родословная по линии Краснолобовых

Что известно о Краснолобовых? Значительно меньше, чем о Мигуновых.

Из рукописи Терентия Евграфовича мы узнаем, что в 1897 году первый сын его, Петр, вступил в брак с Александрой Даниловной Краснолобовой, нижегородской мещанкой 23 лет. Петр с молодой женой остались жить у Терентия Евграфовича, платя ему 20 руб. в месяц. Александра Даниловна оказалась женщиной неглупой. Уних родились два сына и дочь.

Михаил Данилович Краснолобов часто забегал к сестре, познакомился с Лидией Терентьевной Мигуновой и полюбил ее. Вот как пишет об этом Терентий Евграфович: "Замужество ее задерживалось тем, что я был землемер, и бедняки крестьяне посвататься не смели как к чиновному лицу, а богатые, которые гнались за приданым, скоро узнавали о скудном нашем материальном положении. В 1899 году влюбился в Лидию Михаил Данилович Краснолобов (брат жены Петра), часто забегавший к сестре. Она приголубила Михаила Даниловича, и он, открыв сердце Лидии, стал просить ее руки. Он брал Лидию без всякого приданого. Елизавета Александровна (мать) из-за религиозного чувства и, боясь греха, не очень соглашалась на брак. А мать и сестра жениха старались отклонить этот брак главным образом потому, что жили на деньги Михаила Даниловича.

Михаил Данилович (мой дед. - Т.К.) служил у Бурмистрова приказчиком и получал 50 рублей в месяц и награды (премии). Нижегородское духовенство везде категорично отказывалось совершать такой брак - есть родство. Но поп Кстовский за 60 рублей согласился венчать их. 19 января 1900 года день венчания. Лидия и Михаил Данилович выехали на тройке от Запрометова, который вместо отца благословил Лидию и Михаила Даниловича. Там венчались, как говорится, по-хорошему, с певчим и освящением паникадила и возвратились к Запрометову, который опять благословил их, купив образ. Михаил Данилович, чтобы скрыть это, жил неделю у матери, а потом перешел к нам. Когда мать Михаила Даниловича узнала, она долго плакала и только на Пасху разрешила прийти за благословением.

Таким образом совершилось незаконное супружество, но жизнь Лидии устроилась хорошо. Они остались жить у меня, платя мне за хлебы 20 рублей в месяц.

1900 год, октябрь. Лидия родила сына Дмитрия.

В 1901 году зять Михаил Данилович переехал жить в отдельную квартиру (дом Сенникова по Большой Ямской улице). В 1903 году родился Петр".

Данила Матвеевич Краснолобов - мой прадедушка.

Первая жена.

Сыновья: Геннадий и Константин (последний разорил отца вином и картами; есть версия - уехали в Америку).

Вторая жена.

Две дочери и сын: Александра Даниловна Краснолобова, Мария Даниловна Семенюк (Краснолобова), Михаил Данилович Краснолобов (мой дедушка).

Данила Матвеевич Краснолобов был купцом, имел два дома: чайную и "свадебный дом". Один дом на углу ул. Полевой и площади Новой, второй дом - на Сенной (Б. Печерская, № 79). Последний дом был отобран во время раскулачивания, однако благодаря добрым людям и из-за малолетних детей Марии Даниловны ей был оставлен верхний этаж.

Данила Матвеевич был очень положительным человеком. Спокойный, уравновешенный, не пил, не курил. Он взял своего сына Михаила Даниловича (моего дедушку) в приказчики в свой магазин в возрасте 12-14 лет. (Сейчас там магазин "Ткани" на ул. Рождественской, около Скобы.)

Хозяйкой дома на Сенной (ул. Б. Печерская, № 79) оказалась по завещанию старшая дочь Данилы Матвеевича - Александра Даниловна. Она пустила в этот дом свою сестру Марию Даниловну с семьей и брата Михаила Даниловича также с семьей.

Итак, мои дедушка и бабушка: Краснолобовы Михаил Данилович и Лидия Терентьевна (Мигунова). Их дети: Дмитрий, Петр, Анатолий (мой папа), Зоя и Михаил.

Мария Даниловна Семенюк (Краснолобова), ее муж Влас Якимович Семенюк. Их дети: Николай, Михаил, Александр.

Александр Власович Семенюк - художник. Вторая жена Антонина. От этого брака сын Борис - художник на ГЗАСе (Горьковском заводе аппаратуры связи им. А.И. Попова).

Дети Михаила Даниловича и Лидии Терентьевны, как говорили раньше, все вышли в люди.

Дмитрий Михайлович - архитектор, кандидат технических наук, преподавал в ГИСИ(Горьковском инженерно-строительном институте) им. В.П. Чкалова.

Петр Михайлович - ведущий инженер-конструктор КБ телевизионного завода им. В.И. Ленина. В 1940 году был в служебной командировке в Америке.

Мой папа, Анатолий Михайлович Краснолобов, прошел путь от рядового финансового работника до заместителя управляющего Горьковской областной конторой Госбанка СССР, о нем много написано в книге "Главный банк Нижнего Новгорода", а в Музее банковской истории Главного управления Банка России по Нижегородской области ему отведен целый стенд. Он прожил большую жизнь.

Зоя Михайловна Муравина (Краснолобова) в основном занималась семьей.

Михаил Михайлович был энергетиком. Занимался эликтрификацией Нижегородчины.

Поколение старших Краснолобовых ушло. Последним был мой папа, который умер [10] января 2002 года в возрасте 95 лет.

От Анатолия Михайловича - я, Тамара Анатольевна (у меня дочь Марина и внучка Анечка).

От Зои Михайловны - Александр, Вячеслав (умер), Ирина и Николай.

От Михаила Михайловича - сын Евгений и дочь Татьяна (оба врачи).

Можно было бы перечислить и следующее поколение, но, к сожалению, я его уже не знаю.

Об отмене крепостного права (Из рукописи Т.Е. Мигунова)

По русской истории заметно, что первая мысль об освобождении крестьян от крепостной зависимости запала императору Петру III, затем Павлу Петровичу, но мысль эта умерла вместе с краткосрочным периодом их царствования. Император Александр I сумел дать большую подвижку этому делу, а именно:

а) 20 февраля 1804 года было уничтожено крепостное право лифляндских крестьян;

б) 23 мая 1816 года отменено личное крепостное право эстляндских крестьян и отменен обычай продавать дворовых людей и девок на базаре, а также помещать в газетах публикации о продаже их. Этому благому примеру последовали тогда немногие помещики.

Император Николай I сильно поддерживал эту высоконравственную позицию брата своего. Но должно быть крепостное право составляло крепкий фундамент всей системы правления, столь прочный, что даже всесильный, твердый и энергичный император Николай I не находил возможности развалить его и, по собственному выражению, лишь почитал возможность передать это великое дело своему преемнику, приготовив ему всевозможное облегчение к исполнению. Наконец настал этот великий момент - император Александр II, уложил в рамки Турецкую войну, энергично и настойчиво занялся предметом освобождения крестьян и, перекрестясь и глубоко вздохнув, решительно подписал этот великий и блестящий в истории акт 19 февраля 1861 года, который был воспринят неоднозначно в стране. Высочайший манифест от 1861 года в Нижнем Новгороде объявлялся 12 марта 1861 года. Одновременно объявление манифеста было и в губернии. Чиновники были разосланы по уездам и читали манифест на площадях. Предварительно читали священники в церквях после молебна, а потом уже на площадях чиновники.

Выйдя на улицу, я увидел массы народа, двигавшиеся к Благовещенской площади и собору. Ударил колокол собора. Я, апатичный, и то встрепенулся и невольно начал молиться. Да! Миллионы людей в эту минуту в первый раз вздохнули свободной грудью. Весь мир назвал императора Александра II освободителем. Его незабвенный исторический титул должен быть: великий, благословенный, освободитель и мученик император Александр II.

Примечания

1 Забурдаев Н.А. В семье Кашириных. Горький, 1976. С. 174.
2 Горький М. Собр. соч. в 16-ти т. Т. 8. М.: Правда, 1979. С. 233.
3 Там же. С. 240.
4 Там же. С. 235.
5 Там же. С. 240.
6 Там же. С. 285-286.
7 Там же. С. 239.
8 Забурдаев Н.А. Указ. соч. С. 177. родословнаяНижегородский музей № 15. 2008

[Журнал N15]
[Журнал "Нижегородский музей"]

В начало | Поиск| Карта сайта | E-mail| Социальная сеть BK
Copyright © 2000-2016 Музей ННГУ, ННГУ
[Для зарегистрированных пользователей]
8